– Для хорошей драки, свеженькие и небитые – это здорово, – позавидовал Шуст.
– Потому что свадьба без хорошей драки, это вовсе и не свадьба, – очнулся Рослик. И похвастался: – а у нас уже три таратайки сломали.
Хват ничего не сказал, но по взгляду, тоже можно было понять, что позавидовал каменолобцам.
– Народ, конечно, обрадовался. Встретил виджигар с удовольствием и радостью. И пошло… Может полчаса всего и шла драка, но стали виджигары постепенно соображать, что не туда зарюхались. И начали отходить… А у гномов ведь праздник, а у гномов – свадьба и, можно сказать, развлечение… Это виджигары, можно сказать – при деле, за добычей прибыли, а гномы – не ради корысти и никаких дел. У них развлечение, они удовольствие получали. Кому же это понравиться: явились гости, помахали кулаками и домой собрались? Гномы по паре кружек пропустили, и за виджигарами. Догнали, и пошло по новой. Виджигары недолго продержались и опять отошли. Гномы за ними. К виджигарам пополнение подошло. А гномам от этого только удовольствие. Вот так еще два дня свадьба гуляла по отрогу. А когда виджигары приуныли, гномы им, из своих запасов, пяток бочек пива подбросили. Еще на два дня хватило…
Вот так, заронил семена размышления, над разными возможностями, по проведению свадьбы, хитрый гном. И не лез дальше, даже не намекал. Надеялся, что теперь низушки задумаются и сами сообразят, как им следует поступить.
Они и задумались.
– Повезло гномам, – опять позавидовал Шуст.
– Потому что свадьба без хорошей драки, это вовсе и не свадьба, – рассудил дед жениха. – А с Южными драться уже и надоело… Никаких тебе неожиданностей и никакого представления об удовольствии. Смотришь на них, как в зеркало…
– Да-а-а… Нам бы теперь свеженьких… – протянула Ясноглазка и повела плечиками, будто собиралась вмазать кому-то, или швырнуть какую-нибудь посудину.
– До этих, которые виджигары, далеко? – с некоторой надеждой спросил деджениха.
– Далеко, – огорчил его Гарнет. – Это в Хинджанских горах. Отсюда недели две добираться надо.
– Вот так… Каждый низушок стремиться к счастью, а счастье так далеко… – сообщил Рослик и загрустил. – Были у него для этого три уважительные причины. Первая – нагрузился он в этот день, несколько превышая средне допустимый уровень. Вторая – являлся он родственником жениха и, естественно, лицом заинтересованным, чтобы свадьба запомнилась. И третья – как каждому мастеру, Рослику хотелось, чтобы его глиняные изделия похваливали… – А к нам никто не ходит, – пожаловался он. – В каждой драке одни и те же… скукота… Но мои тарелки, если кто бросать умеет, – он с упреком посмотрел на Ясноглазку, – каждого с ног сшибут, хоть хаврюгу, хоть кикиварда.
– Если бы хаврюги сюда пришли, вот тогда бы … – размечтался Шуст… – Может позвать их?
– Не, хаврюги не придут, – оторвался от кружки Рослик. – Хаврюги опасливые. А кикиварды – те могут придти. Не понимаю? – Рослик отставил в сторону кружку и посмотрел на Хвата. – Почему кикиварды к нам не идут?!
– Мы бы им и врезали, твоим кикивардам, – оживилась Ясноглазка. – А то у меня девчата и вовсе заскучали. Боевую посуду уже и девать некуда. У девочек все сундуки забиты.
– Не мои они, вовсе, эти кикиварды, – обиделся Рослик. – Я, если хочешь знать, только за то, чтобы свадьба у нас была самая хорошая. Чтобы о ней еще сто лет помнили. Вот для такой свадьбы нам сейчас кикивардов и не хватает…
– А если их поискать? – не удержался Гарнет. Подбросил идею, и тут же опустил голову, прилип к кружке, будто и не он это сказал.
Хват с интересом посмотрел на него. Крепким низушком был Хват, очень крепким. По скромным местным понятиям, даже могучим. Да и выпил он сегодня, кажется, меньше других. Посмотрел он на гнома и улыбнулся.
– Ну и хитер ты, сударь, Гарнет, – сказал Хват. – Это ты, значит, привел нас к самому краю, а мы теперь должны прыгнуть. Так что ли?
– Ну, уж и прыгнуть, – Гарнет скромно потупился. – Это я так… Подумал, что может вам интересно будет…
– Подумал, что можем мы сейчас собраться и всей своей веселой свадьбой ринуться на гусекрадово войско?
– Свадьба – она и в дороге свадьба… – скромненько доложил Гарнет…
– Г-м-м… Свадьба, она и в дороге свадьба, – повторил Хват. Он покачал головой и окинул взглядом актив… – Как судари думаете? – У старосты Хвата и власть определенная была, и уважением он пользовался, но сам, лично, подобную новацию брать на себя не решался.
Актив молчал. Потому что, с одной стороны, традиция… Но, с другой стороны – нигде не сказано, что свадьбу и в дороге гулять нельзя. И что по ходу свадьбы запрещено гусекрадам врезать. И если рвануть, то это такой праздник будет!.. Сумели же гномы из клана Ганибу. А они, низушки, ничем, никаких гномов, не хуже.
Хват посмотрел на Первоцвета. Остальные тоже уставились на судью. Мали ли что кому хочется. Главное – чтобы традиции не нарушить. А он умный, все знает. И как не нарушить, и как нарушить, а чтобы все было, как будто и не нарушали… Судья.
– Подумать надо, – дело серьезное, даже Первоцвет не мог сразу решить и задумался. Остальные терпеливо ждали, тоже понимали, что дело серьезное. А Первоцвет и думал недолго: опытный судья, и на народных традициях не одну собаку съел. – Есть такое понятие – «Свадебное путешествие», – с такого многообещающего факта начал умный Первоцвет. – Это когда молодые попразднуют немного и отправляются путешествовать. Но поскольку путешествие обозначается, как «Свадебное», это мероприятие вполне возможно толковать, как путешествие всей свадьбы. Отсюда вытекает, что мероприятия, сопутствующие свадьбе, как то: песни, пляски, драки и тому подобное, могут производиться как в одном каком-то населенном пункте, так и во время путешествия.
Первоцвет был судьей, известным, на всю округу, законником и традиций придерживался свято. Раз он такое сказал, значит, все, значит можно!
– Чего это мы, тогда, сидим!? – поинтересовался Хват.
* * *
Гарнет вошел тихо, осторожно, чтобы не разбудить товарищей. Бесшумно добрался до своей постели, снял башмаки…
– Как сходил? – неожиданно для гнома, спросил Максим. – Какие новости?
– Чего это ты не спишь? – удивился Гарнет.
– Тебя ожидаю.
– Интересно ведь, что ты задумал? – подал голос Эмилий.
– И этот не спит… Они почему-то не спят, они почему-то меня ожидают… Ох… – не то вздохнул, не то простонал гном. – Не надо было меня ожидать. Вы послы самого герцога, – он опять вздохнул… – и должны спать как молодые кроты. Потому что завтра – в поход. Бдеть и охранять ночью должен Бригсен. Бригсен!
Бригсен не отозвался. Юниор не «бдил» и не охранял. Он свернулся калачиком и безответственно посапывал во сне.
– Вот… А этот спит… – грустно сообщил Гарнет. – Такая пошла сейчас молодежь. Мы, в их годы, по двое суток не спали. А они, как что, сразу спать заваливаются. И сопят, словно обожравшиеся сурки. Как они жить будут, когда нас не станет?.. Будущее гномов под угрозой… А у меня уже больше нет сил, – признался Гарнет и рухнул на кровать.
– Я думал, что ты пошел низушков уговаривать, – Максим потянулся в постели. – А ты, оказывается, просто отправился пивца попить. И набрался, основательно. С чем я и могу тебя поздравить.
– Я не набирался, – не согласился Гарнет, – я выпил немного для убеждения. Потому что убеждал этих… как они называются?.. Э-э-э… Как же их? Задери их крот…
– Низушков, – подсказал Эмилий.
– Правильно, низушков… Ну и память у тебя, Эмилий… Все ты помнишь… Я убеждал самых главных низушков, что они не правы. Все низушки очень хорошие, но они очень упрямые. Ну, прямо как не выспавшиеся кроты по вечерам. Их надо было убедить! Вот! И тогда я им рассказал про Каменный Лоб и виджигаров. До них дошло. Понимаете?.. Они все поняли. А когда они поняли, то надо было это отметить. Без этого нельзя.