- Давно вы здесь, мистер Баркинс? - Габи решает поддержать светскую беседу, но ей не суждено услышать ответ - тётя Джина перебивает его, едва мужчина успевает открыть рот, и он послушно замолкает, проглатывая всё, что хотел сказать.
- У меня для вас приятная новость, девочки, - говорит Джина, разглядывая своих дочерей и племянницу так, словно пытаясь убедиться, что завладела их вниманием целиком и полностью. - Лия! Будь любезна, перестать мучить несчастный омлет и выслушай меня!
Кузина не обращает ни малейшего внимания на серьёзный и властный тон матери, и той приходится усилить нажим:
- Лия! - раздаётся визгливо, но женщина добивается желаемого: дочь понимает на неё полные скуки глаза, приподнимает бровь и лениво продолжает возить вилкой по посуде до невыносимого звука. Мерзкий скрип заставляет всех присутствующих содрогнуться.
Тётя сверлит её взглядом ещё какое-то время, и, дожидаясь, наконец, чего-то похожего на сосредоточенность, сообщает:
- Вы должны знать, что сегодня за обедом нас будут ожидать гости. - Эта новость не находит никакого отклика ни в Лии, ни на Амелии - это так так очевидно, что тетя Джина торопится продолжить. - Очень важный гость...
- Мама, нам глубоко безразлично, кого на сей раз ты позвала в качестве особого гостя на этот 'семейный праздник', - замечает с усталым вздохом Амелия.
- Что я слышу? Ты решила подать голос? - неподдельно изумляется Лия. Взгляд, направленный ею на сестру иной, не похож на обычный. Что-то изменилось? Да, что-то крайне важное, но, вместе с тем, неуловимое. Может быть старшая сестра сумела удивить младшую?
- Я тебе не собака, - недовольно ворчит Амелия.
- Конечно же, собака! - Лия веселеет, в глазах зажигаются задорные искры, - ты в идеале знаешь команду сидеть, место и лапу!
Амелия выплёскивает в сторону сестры содержимое своего соусника и та уворочаивается. В юрких пальцах сверкает столовое серебро, и Габи не успевает закричать, когда нож вонзается в столешницу рядом с местом, где несколько секунд назад была ладони Амелии. Эта возня выглядит опасной, особенно из-за того, что веселит Лию, но никто из Фрейзеров не напуган - Амелия хладнокровна, а тетя Джина очень зла.
- Прекратите немедленно! - визгливо кричит она, и девочки возвращаются к завтраку, а Лия даже посмеивается.
Габи перехватывает взгляд Амелии, и та смотрит мягко, доброжелательно и подбадривающее улыбается.
'Всё в порядке', - говорит она беззвучно, и Габи озаряет мысль, что если бы эти двое однажды в жизни сумели бы договориться, то ни одно сообщество или заведение бы не устояло.
- А кто всё-таки приедет? - любопытствует Габи пока Амелия выбирает ей наряд наиболее подходящий из собственных, и в очередной раз вздыхает о том, что мать не позволила им взять водителя и прошвырнуться по магазинам, бравируя теми случаями когда Амелия забывала о времени и безнадёжно опаздывала. Судя по её тону такие прецеденты весьма часты, и если нежданные гости появлялись каждый раз, то нетрудно догадаться, что это было спланировано.
- А разве есть разница? - поднимает брови Амелия, застёгивая очередное платье на спине кузины. - Никакой, потому что это не дружеский визит, а официальный, чего бы мама там не говорила. Очередные богачи, с которыми нам стоит иметь хотя бы пару приёмов в год, и которых она просто обязана позвать на Рождественский ужин.
- Обед, - поправляет Габи, но Амелия отмахивается.
- Разница невелика. Эти напыщенные индюки годятся только на стол к американцам ко Дню Благодарения.
- Тебе они не нравятся? - Габи кивает, давая 'добро' на простое, но довольно мило сидящее кофейного цвета платье, и смотрится в зеркало, убеждаясь, что оно нигде не морщит и не жмёт.
- Конечно нет, - Амелия выкладывает перед ней украшения, тоже лишённые особой претенциозности, но не красоты. Простота и изящество лучший выбор для этого наряда. - Каждый, кто считает, что именно богатство делает его таким особенным будет жестоко разочарован, если однажды окажется без гроша в кармане. Ему некуда будет идти, ведь тем, кому он был ровней тогда не будет до него дела, а то и вовсе станет опасно для имиджа поддерживать с ним связи, а те, кто теперь с ним финансово в одном положении никогда не забудут того, как он презрительно или высокомерно задирал нос, считая себя выше их дружбы.
Амелия одобряет простые жемчужные серёжки и подвеску, которые выбрала Габи, и помогает ей застегнуть сзади цепочку, продолжая:
- Знаешь, почему история о Вито Корлеоне пользуется такой популярностью?
- Потому что он сделал себя сам и все любят рассказы о мафиози? - Габи поднимает брови, глядя как Амелия закручивает волосы в красивую причёски умелыми движениями.
- Потому что всё, чего он хотел в ответ от просителя любого ранга и уровня была дружба. Друзья - вот, кто ценится превыше всего во все времена.
- А как же семья? - парирует Габи, когда Амелия одёргивает платье и спокойно отвечает:
- Мы с Лией - семья. Но мы палец о палец не ударим, чтобы выручить друг друга. Нет, иногда кровное родство - лишь обуза, с которой нам приходится мириться. - Амелия бросает взгляд на часы, и кивает. - Идём, как раз спустимся к обеду.
Слова о кузине задевают Габи, заставляя задуматься - а так ли права подруга в своих взглядах? Действительно ли её сестра никогда ничего не сделает, чтобы защитить семью? И если да, то почему она вступилась за неё, Габи, которая им даже не кровный родственник? А может быть Амелия просто лукавит?
Эти мысли настойчиво лезут в голову, когда они спускаются по лестнице ведущей в холл. Входная дверь распахивается, пропуская молодого мужчину в светлом пальто. Шаг быстрый и уверенный, а походка выглядит очень знакомой. Он поднимает голову, чтобы осмотреться, и Габи с ужасом встречает взгляд выразительных карих глаз, которые она часто видит во снах. Перед ней ей учитель, к которому она питает такие яркие, но такие запретные чувства, Уильяма Кастра.
Сердце падает куда-то вниз и очень хочется последовать за ним, когда раздаётся радостное приветствие тёти Джины:
- А вот и вы, мистер Кастра! Рада приветствовать в нашем доме своего будущего зятя!
Амелия.
Порой, все люди имеют неосторожность о чём-то жаловаться. Вот, к примеру, Амелия отлично помнит, как раньше её безумно бесила картонность всех действующих лиц во время каждого приёма пищи. И вот, к своему ужасу она навлекла на себя то, что может быть страшнее предсказуемости и неестественности.
Возможно ли, её домыслы в конечном счёте стали причиной перемен? Если да, то они отвратительны.
Больше не один из участников обеда не выглядит так, словно он актёр играющий в тысячный раз свою роль в занудной пьесе, о нет. С появлением мистера Кастра оживляются все, в том числе и мамин любовник, коего она и за человека не считает. Не то, чтобы он был так плох, просто все усилия, которые она затратит на запоминание его имени пусты и незначительны, ведь когда они вернуться летом тут будет другой такой Персиваль Баркинс, номинант на звание 'мистер Фрейзер' с новым порядковым номером.
Всего четверть часа назад она стояла на лестнице с Габи, придерживая её за локоть, чтобы та не упала от удивления, и, взглянув на исказившееся лицо кузины, вдруг поняла, что та тайна, в которую её посвятила двоюродная сестра, связана не с каким-то там незнакомым ей простачком из прежней школы. Правда куда неприглядней - Габриэль Фейн влюбилась в своего учителя, который является женихом её подруги и сводной кузины. Незначительный факт, способный разрушить всё.
Наверное, испытывай Амелия хоть какие-то романтические чувства к малознакомому мужчине, с которым её связала судьба, ей стоило бы показать, что он - её. Подойти к нему вплотную, несмело коснуться губами чуть колючей щеки, позволить себе его слегка приобнять, и расставить всё по местам, оказываясь бы по противоположную сторону баррикад от Габи. А ведь они только-только сдружились, и она позволила себе впервые рассказать свой самый постыдный секрет...