Уличный воздух пах ночной прохладой и далёким дождём. Ная переходит дорогу, поправляя сумку на плече, когда из тени фонарного столба выныривает знакомая фигура.
- Элис?
- Ну кто же ещё? - рыжая закусывает соломинку от какого-то коктейля, который явно достался ей из последнего бара. - Ты думала, я тебе дам одной шляться по ночам?
- Но ты же одна пришла…
- Ха! - Элис швыряет пустую трубочку в урну. - Ты же знаешь, я два года занималась боксом. Кстати, тебе бы не помешает выучить пару приёмов.
Фонарь освещает её лицо — усталое, но озорное. Ная вдруг чувствует, как комок в горле мешает ей говорить.
- Спасибо, - она прошептала.
- Не за что, золушка. - Элис тычет её в бок. - Завтра же день икс?
- Ага…
Тени фигур растягиваются по асфальту, сливаясь в одну причудливую форму. Фонари мерцают, как уставшие звёзды, освещая путь к дому. Элис идёт чуть впереди, её рыжие волосы, выбивающиеся из пучка, кажутся медными в этом свете.
Она вдруг останавливается, поворачивается к Нае — глаза блестят, как у кошки, поймавшей солнечный зайчик.
Из сумки, потрёпанной и видавшей разное, Элис достаёт пакет. Не просто пакет — тот самый, с логотипом бутика на Янг-стрит, где они в прошлом месяце только вздыхали у витрин.
Ная замирает.
Шёлк скользит между пальцами Элис, когда она чуть приоткрывает упаковку. Там, внутри, угадывается силуэт платья — тёмного, как ночь над озером Онтарио, с переливами, которые обещают вспыхнуть при свете дня… И туфли… Не те, что можно носить десять часов подряд. Те, в которых хочется свернуть горы за десять минут.
Ная поднимает глаза — вопрос висит в воздухе. (Откуда?)
Элис лишь отмахивается.
- Завтра ты станешь дизайнером «B&G», - а деньги найдутся, прищурив веко, добавляет она.
Но больше всего — «Я верю в тебя» светится в этих веснушчатых щёчках, в этой улыбке, которая не нуждается в словах.
Ная прижимает пакет к груди. Потом — Элис. Её губы касаются шершавой от ветра щёки подруги, а город вокруг замирает, как будто давая им эту минуту — последнюю перед бурей.
Глава 5
Рассвет разливается по Торонто жидким золотом. Солнце, ещё не набравшее силу, мягко касается оконных стёкол, превращая капли вчерашнего дождя в сверкающие бусины. Воздух пахнет свежестью и кофе, который Элис, прищуриваясь от усталости, разливает по кружкам.
Ная сидит за кухонным столом, её бледные пальцы обхватывают тёплую чашку. Она ещё не совсем проснулась — взгляд скользит по разложенному на столе платью, словно проверяя, не исчезло ли оно за ночь.
Платье… Тёмно-синее, как вода в озере перед грозой. Ткань — смесь шёлка и чего-то ещё, что заставляет её переливаться при каждом движении. Вырез — достаточно скромный, чтобы быть профессиональным, но достаточно изящный, чтобы подчеркнуть хрупкость её ключиц. Пояс с тонкой серебристой нитью — единственное украшение.
Элис, уже полностью очнувшись, крутится вокруг Наи, как рой энергичных пчёл.
- Голову выше, - бормочет она, заправляя невидимую нитку в шов. - Ты же не на виселицу идёшь.
Пудра. Тушь. Лёгкий взмах кисточки с румянами — и вот уже голубые глаза Наи светятся ещё ярче на фоне её белоснежной кожи. Элис отходит на шаг, критически осматривает свою работу и вдруг улыбается.
- Ну всё, моя золушка… готова завоевать королевство.
Туфли — узкие, на шпильке, но удивительно удобные — как будто сделаны специально для неё. Ная делает пробный шаг, потом ещё один. Да, она сможет в них ходить. Может быть, даже бежать, если понадобится.
У двери они задерживаются на секунду. Элис поправляет её прядь волос. Ная целует её в щёку.
- После 10:00 всё узнаешь, - говорит она, уже поворачивая ключ в замке.
Дверь закрывается.
Здание «B&G Design» встречает золушку холодным блеском стекла и стали. Ная останавливается, запрокидывая голову — мурашки бегут по спине, как всегда, когда она смотрит на эту архитектурную симфонию. Оно кажется живым — дышащим амбициями, которые она когда-то чувствовала в нём…
Ная привычным движением проходит через стеклянные двери небоскрёба, её шаги уже не робкие, а уверенные — ровный стук каблуков по полированному полу.
Лифт. Внутри — несколько человек в строгих костюмах, уткнувшихся в телефоны. Она ловит пару взглядов, вежливо кивает - «Доброе утро» - даже если сама ещё не совсем проснулась.
Палец нажимает «10», двери закрываются, и на секунду она ловит своё отражение в зеркальной стене — деловая, собранная, почти неузнаваемая.