Потом она притягивает его ещё ближе и шепчет горячим шёпотом прямо в ухо, так что по его спине пробегают мурашки:
- Я люблю тебя, мой бунтарь. Ты — моё счастье. Навсегда.
Макс закрывает глаза, впитывая эти слова, чувствуя, как они залечивают последние, самые глубокие трещины в его душе. Он нежно, с бесконечной благодарностью, целует её в лоб.
- И ты — моё, - выдыхает он в её волосы. - Моя навсегда.
Затем он берёт её за руку, крепко сжимает свои пальцы между её пальцами, и они выходят из палаты, оставляя позади больничные стены и шагая навстречу своей новой, общей жизни.
________________________________________________________
Дорогие мои читатели!🥰
Ещё будет несколько глав и эпилог...🤗
Всем спасибо за поддержку!💗
Глава 38
Глава 38
Макс привёз Наю в пентхаус. Марк уже благополучно вернулся к себе — ремонт был закончен. Они с Наей молча договорились не вспоминать тот неловкий курьёзный момент с Элис. Некоторые тайны лучше оставлять за скобками.
Пока Ная была в больнице, Макс устроил в пентхаусе небольшую революцию. Исчезли некоторые мрачноватые элементы, уступив место светлым тонам. Появились мягкие пледы, больше удобных кресел с подушками, в гостиной стоял новый, невероятно мягкий диван, на который так и хотелось прилечь. Он продумал каждую мелочь, чтобы ей было комфортно, уютно и спокойно.
Когда Ная переступает порог, она замирает от удивления.
- Макс… - шепчет она, оглядываясь. - Ты всё это… ?
- Немного освежил, - он пожимает плечами, стараясь выглядеть непринуждённо, но по его глазам было видно, как он ждёт её оценки. - Хотелось, чтобы здесь пахло не только бензином, но и домом. Нашим домом.
Он действительно старался окружить её только покоем. Они оба продолжают посещать психолога, также по отдельности, для того чтобы прорабатывать своих личных демонов, не мешая друг другу.
Дни текут плавно и мирно. Животик Наи потихоньку растёт, округляясь под свободными платьями. Макс, затаив дыхание, наблюдает за этими переменами. В конце концов, ему удаётся уговорить Наю выходить на работу лишь изредка, для самых важных проектов. Ради ребёнка она согласилась, хоть и немного поспорила — для вида. Она понимает, что Макс старается для неё, но иногда его гиперопека и желание всё контролировать заходят слишком далеко. Эти небольшие споры становятся их ритуалом — она отстаивает свою независимость, а он учится отпускать, зная, что в итоге они найдут компромисс.
Иногда Ная навещает Элис, иногда подруга приезжает к ней. Они подолгу разговаривают за чаем, обсуждая всё на свете. Ная была бесконечно рада за Элис — та светилась от счастья с Марком, и, кажется, они всерьёз и надолго.
***
И вот наступает неделя первого УЗИ. Макс отменяет все встречи и идёт с ней. В кабинете врача он был таким взволнованным и счастливым, что не мог усидеть на месте. Он вглядывался в экран, пытаясь разглядеть очертания их малыша в хаотичных движениях и точках.
- Смотри, вот голова! - восторженно шепчет он, указывая пальцем.
- Нет, это, по-моему, ручка, - с улыбкой поправляет его Ная, глядя на его детский энтузиазм.
Они спорят, смеются, и их пальцы переплетаются на её животе. Но в одном они были абсолютно единодушны: пол ребёнка они узнавать не станут. Это будет сюрприз. Самая главная тайна, которая объединяет их ещё сильнее и наполняет ожидание особой, трепетной магией. Они уходят из кабинета с распечаткой первого фото их малыша — крошечного, похожего на фасолинку, но уже самого любимого на свете.
Время всё течёт, но так медленно. А Ная расцветает, её беременность была заметна невооружённым глазом, а вместе с ростом животика росли и её капризы. Они могли возникнуть внезапно, посреди ночи, и быть невероятно специфичными: то хотелось эклеров именно из той кондитерской, что на другом конце города, то внезапно возникала потребность почувствовать запах свежескошенной травы посреди мегаполиса.
Макс нервничает, но тщательно скрывает это за маской невозмутимости. Внутри него бушует буря: он панически боится не угодить. Не столько ей, сколько… ребёнку. Он был иррационально убеждён, что все эти желания — не Наи, а их малыша. Это он хочет клубнику в шоколаде в три часа ночи, это ему нужна подушка именно такой степени мягкости. И Макс был счастлив исполнять их, ведь это был его первый, пусть и такой странный, диалог с сыном или дочкой. Он ждёт не дождётся, когда сможет наконец обнять своего ребёнка, но понимал, что время ещё не пришло.
Однажды ночью Ная, проснувшись от странного сна, начинает нежно приставать к Максу. Её руки скользят по его груди, губы ищут его губы в темноте, она старается соблазнить его, томно вздыхая. Макс стонет, его тело мгновенно откликается на её прикосновения, но разум берёт верх. Он аккуратно, но твёрдо ловит её руки, переворачивается к ней и просто крепко, по-медвежьи обнимает, прижимая к себе.