Он целует её снова — уже не для убеждения, а просто потому, что не может иначе.
За окном дождь стихает, город засыпает, но им нет до этого дела. Они уже там, где нет ни Скарлетт, ни прошлого, ни сомнений. Только эта комната. Только этот момент. Только они.
Глава 15
Глава 15
Первое осознание — его запах. Тёплый, с оттенком кожи и чего-то неуловимо мужского. Ная ещё не открыла глаза, но уже знает — он проснулся раньше. Его дыхание слишком ровное для спящего, а пальцы медленно перебирают прядь её волос, накрученную на указательный палец. Она притворяется спящей, чувствуя: его взгляд на своей щеке — почти осязаемый, горячий; как его грудь поднимется чуть чаще, когда её колено невзначай касается того самого места.
- Ты не умеешь притворяться, - его голос хриплый от сна.
Ладонь скользит по её боку под футболку, останавливается на талии, большой палец рисует круги на чувствительной коже. Она приоткрывает один глаз: его ресницы отбрасывают тени на скулы, губы — слегка опухшие от её вчерашних укусов, взгляд — тёмный, но без привычной остроты, только ленивое удовлетворение.
- Который час? - она прячет лицо у его шеи, вдыхая глубже.
- Без понятия. Но солнце ещё невысоко, - он цепляет край её футболки.
Макс переворачивает её на спину — не спеша, как будто боится повредить.
Её пальцы проводят по его животу, чувствуя, как мышцы напрягаются в ответ.
- Больно, - Ная касается свежих швов.
- Только когда дышу, - шёпотом, целуя веко. - А с тобой — забываю.
Его губы находят под её грудью родинку, - та, что он запомнил ещё в первый раз, скользят по рёбрам — где вчера оставил синяк от слишком сильных пальцев. Она ловит его лицо в ладони.
- Запомни и ты, Макс. - Ты — мой единственный неразумный поступок.
- Лучший в твоей жизни, - поправляет, захватывая её запястье, чтобы поцеловать то место, где пульсирует вена.
Стук в дверь.
- Игнорируем? - она прячет улыбку у него в груди.
- До последнего вздоха, - смеётся, закрывая её уши ладоням.
Но стук превращается в откровенную барабанную дробь.
- Я знаю, что ты там, засранец! - голос Марка разносится по всей квартире. - Открывай, я принёс завтрак!
Они смотрят друг на друга.
- Марк, - одновременно вздыхают.
Макс с неохотой поднимается с кровати, потирая поясницу — тело ещё не восстановилось после больницы.
- Я пойду открою.
- А я переоденусь, - Ная сползает с матраса, поправляя его футболку, которая задирается при каждом движении.
Макс тащится к двери, скрипя зубами:
- Сейчас посмотрим, кто тут «засранец»…
Он распахивает дверь, и на пороге оказывается Марк — с двумя пакетами еды в руках и самой довольной рожей на свете.
- Слушай, насчёт вчерашнего… - начинает Марк.
Макс резко подносит палец к губам, шипит:
- Ная здесь.
Марк замирает. Его брови ползут вверх, глаза округляются, рот отрывается в медленном, театральном:
-О-о-о…
Из спальни выходит Ная — снова всё в той же одежде, что и была на ней с того момента, когда она переоделась в больнице.
- Привет, Марк, - улыбается, поправляя волосы.
Марк переводит взгляд с неё на Макса, потом обратно, и лицо его расплывается в ехидной ухмылке:
- Ну что, босс, похоже, тебе действительно нужен был этот завтрак.
Макс закатывает глаза, но не может скрыть лёгкую улыбку, когда Ная берёт один из пакетов и заглядывает внутрь:
- Блинчики с кленовым сиропом?
- И кофе Triple-triple (* является канадским сленгом и обозначает напиток, в котором используется три порции сахара), - гордо заявляет Марк. - Как иначе в Канаде?
Они устраиваются на кухне. Марк разливает кофе, нарочито громко вздыхая:
- Ну что, рассказывайте…
Макс бросает в него салфеткой, но Ная спокойно откусывает кусок блинчика и ухмыляется:
- А что рассказывать? Ты же всё уже понял.
Ная доедает последний кусок блинчика, обмакивая его прямо в банку с кленовым сиропом. Марк смотрит на это с преувеличенным ужасом, но Макс лишь пожимает плечами — ему явно нравится, что она чувствует себя здесь как дома.
- Мне нужно заскочить переодеться, - говорит она, вставая и отряхивая крошки с брюк.
Макс тут же поднимается (чуть медленнее, чем хотелось бы — швы дают о себе знать).
- Вик тебя отвезёт, - притягивая её к себе.
- Не надо, я сама, - она слегка отстраняется, бросая быстрый взгляд на Марка — ей неловко перед ним, словно они слишком явно демонстрируют свою близость.
Но Макс не отпускает. Он притягивает Наю ближе, ладонь на её пояснице, и целует в губы — лёгкий, но однозначный поцелуй, после которого уже не поспоришь.
- Не спорь.
Она закатывает глаза, но кивает, направляясь к выходу.
- Пока, ребята, - бросает Ная.