Они замирают, дрожащие, потные, не в силах пошевелится. Он медленно опускается рядом с ней, обнимая её за талию и прижимая к себе.
Они лежат, сплетённые, кожа к коже. Их дыхание медленно выравнивается, а мир за пределами кровати перестаёт существовать…
Её рука на его груди, где сердце всё ещё бьётся чаще обычного. Его пальцы — в её волосах, медленно распутывая пряди, слипшиеся от пота. Ная первая нарушает тишину.
- Тебе понравилось сегодня? - её палец проходит по его соску, заставляя Макса напрячься.
Он приподнимет бровь.
- Ты ещё сомневаешься?
- Мне нужны слова.
Он перекатывает её на спину, нависая над ней, поддерживая себя на локтях, чтобы не раздавить.
- Я обожаю, когда ты командуешь. Обожаю, когда дрожишь подо мной. И особенно… - он прижимается губами к её уху, -… обожаю, когда ты глотаешь меня, как будто боишься проронить каплю.
Ная смеётся тихо, стыдливо прикрывая лицо ладонью, но Макс оттягивает её руку, заставляя посмотреть на себя.
- Не прячься. И мне нравится, как ты теряешь контроль.
В её глазах вспыхивает огонёк, и она прикусывает губу.
Они не замечают, что за окном, потому что здесь, в их пространстве. Время сдалось, отступило.
- Ты моё… - бормочет он в полусне, даже не осознавая, что говорит.
- Твоё… - она отвечает автоматически, уже на грани, но всё же заставляет себя прошептать последнее: - Всегда.
Их дыхание синхронизировалось. Губы ещё влажные от поцелуев, дрогнули в одинаковых сонных улыбках.
______________________________________________________
Ну что, дорогие мои, как вам эта глава? 😉
Ная всё-таки решилась на смелый шаг и устроила Максу тот самый сюрприз... Я пока писала, сама не могла усидеть на месте! 🔥
Теперь мне не терпится узнать ваше мнение! Оправдались ли ваши ожидания? Какие эмоции вы почувствовали? Делитесь в комментариях — обсудим эту горячую атмосферу вместе!
Глава 20
Глава 20
Она просыпается от лёгкого щекотного дыхания на своей шее. Ещё не открывая глаз, улыбается — его губы скользят по её плечу, медленные, словно ленивое утреннее солнце.
- Ты уже давно не спишь? - шепчет Ная, голос хриплый от сна.
- Давно, - он прижимается носом к её уху, вдыхая запах её кожи, смешанный с вчерашними духами и чем-то ещё, что было просто ею. - Не мог оторваться.
Его рука лежит на её животе, пальцы слегка вдавливаются в мягкую кожу, как будто проверяют: реальна ли она. Ная накрывает его ладонь своей, сцепляет их пальцы.
- Что ты делал, пока я спала? - поворачивается к нему, наконец открывая глаза.
Он улыбается — не озорной, но хищной улыбкой, как вчера, а какой-то… беззащитной.
- Считал твои веснушки.
Она фыркает, толкая его в плечо, но он не отпускает её руку. Вместо этого переворачивает ладонь вверх, целует линию запястья. Его рука скользит под простыню, ладонь обхватывает её бедро, сжимая чуть сильнее, чем нужно. Она вздыхает, чувствуя, как тело тут же откликается, ещё не отошедшее от вчерашнего.
- Утро только началось, - шепчет она, но уже приподнимая бёдра, навстречу его прикосновениям.
- Оно началось идеально, - он накрывает её собой, входя медленно, давая ей прочувствовать каждый миллиметр.
Их смех смешивается со стонами, когда солнце, наконец, заглядывает в окно, освещая переплетённые тела.
Макс первым встаёт с кровати, потягивается, позвонки хрустят вразнобой. Она наблюдает за ним сквозь сонные ресницы — как мышцы спины напрягаются.
- Идём? - он наклоняется, протягивая руку.
Ная кивает, позволяя ему поднять себя. Их пальцы сплетаются — липкие от пота, соли и вчерашнего, и утреннего.
Душ… Он открывает кран, дожидается, пока вода становится тёплой, потом втягивает её под струю. Она вскрикивает — струи ударяют по спине резче, чем ожидалось.
- Тише, - смеётся он, прижимая её к себе, чтобы смягчить удар.
Пальцы его скользят по её мокрым волосам, откидывая их за плечи. Потом ладони — на спину, медленно, с нажимом, как будто разминая затёкшие мышцы. Она стонет, опуская голову ему на грудь.
- Боже, твои руки, - шепчет Ная.
- Что с ними?
- Они будто знают, где болит, даже если я сама не догадываюсь.
Он улыбается, продолжая массировать плечи, шею, поясницу. Мыло вспенивается между ними, пахнет мятой и чем-то ещё — чистым, без примесей.
Она поворачивается к нему лицом, проводит ладонью по его груди, смывая пену. Пальцы обходят шрам над рёбрами, скользят ниже, к животу, но не задерживаются там — просто вычерчивают путь и возвращаются вверх, к сердцу.
- Ты сегодня… не торопишься, - замечает он.
- Я сегодня всё запоминаю.