С резким, почти яростным движением она двигает к себе стопку папок. Бумаги шуршат. Она открывает первую попавшуюся. Цифры, графики, отчёты. Не чувства. Факты.
Ная берёт ручку — крепко, словно это оружие, - и углубляется в чтение. Каждой клеточкой мозга она цепляется за строки, за диаграммы, за сухие формулировки контрактов. Работа. Это было её спасение. Её крепость. Её единственный способ не сойти с ума.
Рабочий день пролетает в монотонном гуле процессора и шелесте бумаг. Ная погружается в цифры и отчёты с таким фанатизмом, что время перестаёт существовать. Оно измеряется лишь толщиной прочитанных папок, стук в дверь заставляет её вздрогнуть.
- Войдите.
Эмили заглядывает в кабинет, уже в пальто, с сумкой через плечо.
- Я пошла, Ная. Всё в порядке?
Ная поднимает на неё взгляд, отрываясь от графика. За окном кабинета небо уже пылает вечерними красками.
- Уже вечер? - она удивлённо моргает, будто выныривая из глубины. - Хорошо. Спасибо. Я отправила на почту несколько чертежей, распечатай их завтра утром.
- Конечно. Хорошего вечера! - Эмили улыбается и скрывается за дверью.
Тишина снова опускается на кабинет, но теперь она — другая — не рабочая, а вечерняя, немного одинокая. Ная откидывается на спинку кресла, позволяя себе несколько минут просто смотреть на закат, окрашивающий стеклянные башни Торонто в золото и пурпур.
- Ещё немножко, - убеждает она себя и снова тянется к папке.
Вибрирование телефона на столе заставляет её вздрогнуть куда сильнее, чем стук Эмили. Сердце на мгновение уходит в пятки — вдруг он? — но на экране горит имя «Элис».
Она выдыхает, смесь облегчения и разочарования сжимает горло.
- Да, моя рыжая бестия. Что-то случилось? - она старается, чтобы в голосе звучала лёгкость.
- Марк уже ушёл, а я одна, - голос Элис звучит устало, но без тревоги. - А ты передала через него, что придёшь вечером. Я начала сомневаться…
- Как раз заканчиваю дела и собираюсь к тебе, - Ная улыбается сама себе, представляя, как Элис корчит недовольную гримасу. - Уже выхожу.
Она нажимает «отбой», откладывает последнюю папку. Действия становятся быстрыми и чёткими: сумка через плечо, пиджак накинут. Перед тем как выйти, она обводит кабинет взглядом — её маленькая, упорядоченная вселенная, где всё ещё было под контролем. Щелчок выключателя — и комната погружается в полумрак, освещенная лишь алым закатом.
Коридор был пуст, все уже разошлись. Её каблуки отчётливо стучат по полированному полу, эхо разносится в тишине. Она нажимает кнопку вызова лифта.
Дзинь. Дверь разъезжается. Кабина пуста. Она заходит внутрь, поворачивается лицом к двери. В отражении в полированных стенках Ная видит свою строгую фигуру, собранное лицо с остатками дневной стойкости. Дверь начинает медленно смыкаться, отрезая её от этажа, где царит его дух, его власть, его тайны.
Лифт плавно несётся вниз, отсчитывая этажи. Шестой… Пятый… Ная уже мысленно составляла список, что купить Элис по пути, как вдруг рывок. Кабина резко останавливается. На междуэтажье. Дверь открывается. В коридоре никого. Пустота и тишина. Ная не шевелится, чувствуя лёгкий укол тревоги. Двери начинают медленно закрываться. И в последний момент, в сужающуюся щель, в лифт врывается он.
Макс.
Дверь захлопывается. Его палец резко ударяет по кнопке «СТОП». Они стоят в гробовой тишине, нарушаемой только собственным сердцебиением. Они смотрят друг на друга. Всё, что она строила внутри себя весь день — все стены, вся броня, вся стоическая решимость — рассыпаются в прах. Ноги становятся ватными, в горле встаёт ком. Она судорожно сглатывает, сжимает кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания. Он замечает это. Его взгляд, пылающий и невыносимо интенсивный, скользит по её белым костяшкам.
- Злишься… - констатирует он тихо, и в его голосе звучит не насмешка, а какое-то дикое, животное понимание.
Она лишь выдыхает, не в силах вымолвить ни слова.
И тогда он двигается. Резко, стремительно. Прижимает её к холодной стенке лифта. Одна его рука с железной хваткой обвивает её талию, притягивая к себе, другая — зажимает её запястье с браслетом и приковывает её к стене над головой. Она пытается вырваться, но это было бесполезно. Он был сильнее.
Макс вдыхает её запах — глубоко, с закрытыми глазами, как будто пытается напиться им после долгой жажды.