- Мы здесь застряли. Возможно, на сутки.
Я несколько раз моргаю, прежде чем до меня доходит смысл его слов. Что интересно, Глеб Александрович не рычит, не злится на меня за мою тугоухость. Странно. Или выжидает, чтобы потом выдать все сразу?
- Застряли… - растерянно повторяю. - А почему?
Генеральный выразительно смотрит в окно. Я повторяю за ним и понимаю, что, во-первых, прилично стемнело уже. Ничего себе я поспала! А во-вторых, там идет снег. Не стеной, конечно, но все равно довольно сильный.
- А сколько времени? - спрашиваю севшим голосом.
- Почти семь.
- Телефон все еще не работает? - уточняю, пытаясь как-то принять новую реальность. Глеб Александрович отрицательно мотает головой, при этом продолжая пристально смотреть на меня.
Не знаю, может, он ждет от меня истерики, только вот что-то сил на это у меня нет. Да и какой смысл?
Первая же моя попытка встать приводит к тому, что, охнув, сажусь обратно, а босс вдруг дергается ко мне, но в последний момент тормозит и даже делает шаг назад.
- Принесу аптечку, - отстраненно говорит и выходит из комнаты.
Растерянно оглядываюсь по сторонам. Вроде бы все так же, но в доме как будто стало теплее. Мне даже жарковато в пальто становится, и я кое-как стягиваю его, а вскоре возвращается и Молчанов.
Подходит ближе и присаживается передо мной на корточки.
- Что вы делаете?
- Ногу надо осмотреть, - объясняет он, и в этот момент я вдруг замечаю, что в его взгляде мелькает усталость.
Можно было бы строить из себя гордую недотрогу, но нога и правда меня беспокоит. Поэтому я позволяю боссу делать то, что он считает нужным - выставляю ногу чуть вперед и не протестую, когда он чуть задирает штанину брюк, а затем спускает носок.
Сказал бы мне кто, что я буду вот так сидеть с боссом, который почти три недели издевается надо мной, как только может, я бы не поверила.
И наверное, подспудно я жду от него подвоха. Но каждое прикосновение Молчанова такое осторожное, словно он боится мне сделать больно. Это настолько не похоже на него, что я просто теряюсь. И даже как-то не очень хочется продолжать с ним бодаться.
Глеб Александрович осторожно двигает моей стопой, периодически уточняя, больно ли мне, ощупывает и в итоге заявляет:
- Просто растяжение. Сейчас намажу мазью, зафиксирую, и дальше нужен только покой.
Он поднимает взгляд, а я зависаю, глядя на его глаза. Они, оказывается, у него насыщенно-зеленого цвета. С темно-серыми крапинками. Или, может, мне только кажется?
- Спасибо, - тихо говорю, когда молчание слишком затягивается. Он сухо кивает и достает мазь из аптечки. Выдавливает небольшое количество прямо на ногу, а затем начинает осторожно втирать.
Я же как дурочка зависаю на его руках, пальцах. Босс успел снять пиджак и закатать рукава рубашки. И вот теперь у меня есть отличная возможность полюбоваться его крепким предплечьем, крупными ловкими пальцами. Оказывается, он умеет быть нежным и аккуратным. Но что куда более важно - мне это нравится. Я втихаря наслаждаюсь этим коротким перемирием.
Некстати вспоминается подслушанный в туалете разговор двух барышень из аналитического отдела. Кажется, девушки пришли на стажировку, и вот они тогда разве что слюнями пол не закапали, когда обсуждали Молчанова. Он тогда в очередной раз раскритиковал мой отчет, так что я совершенно не разделяла их восторгов, а скорее наоборот - считала, что он просто невыносим.
И вот сейчас я, похоже, невольно присоединилась к его поклонницам.
Да ну вот уж нет! Чувствую, как щеки начинают гореть, и отвожу взгляд в сторону, надеясь, что Молчанов не заметил моего смущения. Подумает еще, что я сохну по нему.
Глеб Александрович между тем достает бинт и начинает фиксировать ногу. Так ловко у него это выходит, что становится интересно - откуда такие навыки?
Однако когда босс заканчивает с моей ногой, я задаю совсем не этот вопрос, когда мы снова встречаемся взглядами:
- За что вы меня так ненавидите? - выпаливаю, не успевая обдумать, стоит ли.
- 8 Элина -
Босс теряется. Правда, всего на пару мгновений. Затем на его лице снова появляется непроницаемая маска. Он поднимается на ноги, забирая аптечку.
- Очень странный вывод, Элина, учитывая, что я только что перевязал вам ногу.
И опять это “вы”.
- Я не об этом, - хмурюсь, жалея, что задала этот вопрос. Однако не сдаваться же на полпути. - Я про ваши претензии ко мне по любой мелочи.