– А что если мне подойти к жене второго секретаря райкома партии (так, как и моя половина, учительствовала в средней школе – Авт.)? Она – нормальная женщина. Да и отношения у нас
хорошие.
– Ты знаешь, это идея! Больше никаких вариантов не вижу.
На второй день жена позвонила мне прямо с работы:
– Я переговорила. Кажется, все в порядке. Ее муж ждет тебя у себя в кабинете к 14.00. Хочет
узнать, почему мы собрались уезжать.
Рассказал второму все как есть. И что мне тут неинтересно, и что не вижу никаких перспектив, и
что хочется мир увидеть. И, что удивительно, он меня понял:
– Жаль вас отпускать! Тем более, и супруге вашей слышал самые лестные отзывы. Однако
насильно мил не будешь. Идите и передайте Анатолию Рычко, чтобы он мне перезвонил.
Так я обрел долгожданную свободу выбора...
Красноводск. Ворота в Среднюю Азию (1976-1979)
1976 год
Голь на выдумки хитра: выбираем маршрут, по которому будем передвигаться к новому месту
работы. А как же? Нужно совместить полезное с приятным, превратив нудную поездку в
туристическое путешествие. Конечно, наименее хлопотно и быстро – лететь самолетом, тем более
что есть прямой рейс из Киева в Красноводск. Однако что можно увидеть с высоты 10000 метров?
Разве что обратную сторону туч. Увы, пейзаж довольно однообразен.
Поэтому мы, вооружившись «Атласом железных дорог СССР», составляем грандиозный, с нашей
точки зрения, план. Из Киева поездом едем на Баку. В результате пересекаем половину Украины, побываем в Ростове, увидим Краснодарский и Ставропольский края, Чечено-Ингушскую и
Дагестанскую АССР, прогуляемся столицей Азербайджана. И это еще не все. Там сядем на паром
«Баку – Красноводск» и наем пересечем Каспийское море. Обойдется нисколько не дороже
билетов на самолет. Но зато сколько впечатлений и удовольствия!
Пересказывать все путешествие, которое выдалось действительно, отличным, не стану. Скажу
только, что еще не один месяц хохотали, вспоминая лица официантов-азербайджанцев из
паромного ресторана, когда они увидели, что мы намереваемся вернуть им пустые бутылки, получив взамен свои кровные копейки.
***
Несмотря на то, что календарь показывал конец сентября, город у красных вод встретил нас ярким
солнцем, 20 градусами тепла и горами дынь с арбузами, возвышающимися буквально на каждом
шагу. Что интересно: продавцы их не взвешивают. За самые крупные (не менее 10 кг) просят по
рублю. За остальные – еще меньше.
Поразили нас и продовольственные магазины.
– Вот это и есть коммунизм! – не удержавшись, воскликнула жена.
Что же нас, даже по сравнению с Киевом (снабжавшимся, если я не ошибаюсь, по первой
категории) удивило? Сплошь иностранные наклейки. Вина – десятки сортов! – сплошь
забугорные. Паштеты – говяжьи, свиные, куриные, из гусиной печени и т. д. и т. п. – бери не хочу.
Осетры свежемороженые занимают целые витрины – 5 рублей за кило. Балыки, кефаль, лещ.
Мешок вяленой воблы, которую мы тут же купили, потянул на 9 рублей. А еще через каждые 100
метров – шашлыки. Естественно, с пивом. На фоне заходящих в Красноводский залив
белоснежных паромов.
Не знаю, как бы было в Пржевальске, но, выбрав Красноводск, мы, похоже, не сильно ошиблись.
Смущает лишь одно – лунный пейзаж. Зелень на этих камнях и под тропическим летним солнцем
расти не может.
***
Первый неприятный сюрприз – полное отсутствие в овощных магазинах картошки, без которой я
не мыслю жизни. Вообще дурдом: мясо стоит 1.80 рубля и его полно, а килограмм бульбы на
рынке – 3 рубля. Впору не картошку с мясом тушить, а наоборот – мясо с крохотным добавлением
бульбы.
***
Поселились в гостинице «Красноводск» – в аккурат напротив редакции областной газеты «Знамя
труда». Заявление на работу я уже написал. С понедельника – выйду. Правда, редактор Эдуард
Гукасов (армянин по национальности), прежде чем поставить свою закорючку, строго спросил:
– А на русском языке грамотно пишешь?
– Думаю, да!
– Ну, а если бы анкету заполнял, какой бы язык назвал родным?
– Естественно, украинский!
Редактор недовольно поморщился. Но заявление подписал. Как объяснил мне тут же земляк
(родом из Львова), заведующий отделом промышленности и транспорта Степан Ч., редактор
просто устал от журналистской безграмотности.
На следующее утро – один из последних свободных дней – выхожу на балкон номера. И первое, что вижу, это сотрудник газеты Георгий Цура, направляющийся прямиком к входу в гостиницу.
Уж не до нас ли? Но зачем? Может, я раньше оговоренного срока понадобился? Так и есть, раздается стук в дверь. Открываю. Точно, Георгий.
– Заходи! – приглашаю. Ведь это первый наш гость в новом городе.
– Спасибо, некогда! Да я всего на минутку. Можешь выйти? – кивает мне заговорщицки.
– Конечно! – выхожу вслед за ним в коридор.
– Понимаешь, какое дело…, – мнется визитер. – Только ты не паникуй, ладно?!
«Все, – думаю я. – Брать на работу меня передумали, а парня направили сообщить».
– Давай, Жора, смелее!
– Вот, – неожиданно он протягивает мне какую-то бумажку.
– Что это?
– Телеграмма!
– Какая, к черту, может быть телеграмма, если ни одна душа в мире не знает, где я в данный
момент нахожусь?!
– У твоей жены отец умер!
Вот те на! Беру телеграмму. Точно.
– Хорошо, Жора! Иди! А я подумаю, как эту новость сообщить супруге. Впрочем, подожди
минутку! Я зайду возьму деньги, а ты мне покажешь, где поблизости можно купить вина.
– Ты куда? – интересуется ничего не подозревающая супруга.
– Да с Жорой на минуту выйду. Жди, я сейчас вернусь и будем завтракать.
Возвращаюсь с двумя 750-граммовыми бутылками «Сэхре».
– Режь колбасу! – командую, как ни в чем ни бывало.
Наливаю два полных стакана вина:
– Ну, давай!
– Чего это вдруг с утра пораньше?
– А что откладывать на вечер?!
Не успеваем сжевать по бутерброду, наливаю еще по стакану. И их опрокидываем. Но когда
набулькиваю по третьему, жена артачиться: к таким количествам и в таком темпе пить, несмотря
на студенческую закалку, не привыкла.
– Ну, хоть чуть-чуть! – уговариваю я.
Выждав минут пять, говорю ей жестокую правду. Вино, судя по реакции, подействовало слабо, если подействовало вообще. С супругой начинается истерика. Как могу, ее успокаиваю, хотя
опыта на сей счет у меня – никакого.
Больше всего запомнилось, как в распахнутую дверь номера (кто ее открыл, не знаю) то и дело
заглядывали любопытные постоялицы и злорадно улыбались. Я сразу понял отчего. Они
подумали, что ночью девушку лишили невинности и сейчас, осознав весь ужас произошедшего, та
льет слезы по утраченной девственности.
***
Боль болью, а нужно лететь на похорон. Увы, прямой рейс на Киев – только через два дня.
Единственный выход – добираться через Баку. По телеграмме без особого труда приобрел два
билета на Ан-24. К вечеру уже находились по ту сторону Каспия. Ближайший борт на столицу
Украины – рано утром. Билетов – нет. Всю ночь не отхожу от касс. На жену – страшно смотреть.
Тем более, как назло, возле уха у нее образовался какой-то непонятный нарыв, который здорово
таки досаждает.
Продать билеты по телеграмме мне обещают, но как-то неуверенно. А уже объявили посадку.
Вижу, как некий джигит сует через головы паспорт и деньги и получает желанный проездной
документ. Интересно, что ему нужно в Киеве?! Вкладываю в наши паспорта лишний червонец и я.