— Бред, — нахмурилась, прислонившаяся к изголовью своей кровати Зайцева, — от укуса ты не обратишься. Для этого ритуал специальный проводить нужно, да и без вмешательства знающей ведьмы не обойтись. А укусить он тебя хотел, потому что в их слюне феромоны содержатся. Ты бы…
Девчонка покраснела как помидор, чем привлекла к себе мое полное внимание.
— Договаривай, что я?
— Ты бы не смогла ему сопротивляться. Тебя с головой бы затопило страстное желание, и превратилась бы в безвольную куклу в его руках. Я читала, что многие жертвы безумных вампиров подсаживались на их укус, и становились практически рабами при господинах. Жуть!
— А это вообще законно? — божечки, я, оказывается, пять месяцев по краю пропасти ходила, как убереглась, не понятно.
— Нет, конечно. Это тяжкое преступление и карается казнью. Не сам укус, конечно, а именно подсаживание на него. За один укус твой бывший только штрафом отделался бы. Сейчас вампиры этим не промышляют. Если и пьют донорскую кровь, то цивилизованно, стаканчиками.
— Черт, а я все время думала, чего он в своем клубешнике одну «Кровавую Мери» лакает. Теперь ясно. И как мне быть?
— Я не знаю, — развела руками Машка, — может очухается, поймет, что сглупил и оставит тебя в покое, а может у него голову сорвет и устроит на тебя охоту. Тут не угадаешь.
— Хорошо, — вздохнула я, и устало опустилась на свою кровать, — подождём до завтра. Скромничать не буду, девушка я роковая, так что вряд ли он так просто успокоится. Но ничего, подключу мачеху, пусть засылает мне на помощь спасательный вертолет со своими агентами. Совсем там в своем Трибунале распоясались, у них вампиры без намордников на людей бросаются.
Раздался скрип замка и дверь в комнату резко распахнулась. Мы с Машкой подскочили, как ошпаренные, и чуть не заорали в голос, но вовремя увидели одинокий силуэт то ли Саши, то ли Жанни.
Блондинка вернулась одна, без своей подружки, которую я недавно видела на лестнице вместе с Белорадовым, так что вопрос «куда она пропала», можно было не задавать. Ответ очевиден.
Кобелина рогатая!
Смерив нас с Зайцевой надменным взглядом, который я тут же вернула ей обратно, усилив в сто раз, блонди переоделась и легла в постель. Меня саму, после тяжелого дня, клонило в сон, но план мести никто не отменял.
Дело оставалось за малым… детально этот самый план разработать и воплотить в жизнь.
— Машк, — зашептала я, пересев на ее кровать, — а ты совсем-совсем колдовать не умеешь, или кое-что все-таки получается?
— Через пень-колоду. Мамка с собой три учебника по зельеварению и заклятиям всучила, и заявила, что через четыре года я должна превратиться в гордость ковена, иначе она меня замуж за первого встречного отдаст.
— Не могу не заметить, что она у тебя умеет мотивировать.
— Угу, — грустно всхлипнула подруга.
— Не печалься. Сегодня же начнем практиковаться. Тащи свои талмуды, времени у нас не много.
***
— Тшшш, не шуми так, услышат же! — прошипела я, когда Зайцева, подкравшись к двери, что вела в комнату парней, приложила ухо к замочной скважине.
— Да у них там музыка орет, я даже через ведьмовскую заглушку слышу. А ты, кстати, уверенна, что это их комната?
— Пока мы в коридоре за шторой прятались, один из друзей Матвея, ну тот, который брюнет, сюда зашел, — я огляделась по сторонам. Время было позднее и коридоры пустовали и, если все пройдет как по маслу, нам это очень пригодится. Убегать, натыкаясь на людей, довольно проблематично, — ты через замочную скважину будешь действовать?
— Не смогу, расстояние большое, — в голосе Зайцевой слышались испуганные нотки, — Вась, а может ну его? Давай вернемся обратно? Я боюсь.
— Никуда мы не вернемся, или до конца учебы хочешь реветь по углам? Мы сильные и независимые женщины, с нами шутки плохи.
— Я очень даже слабая и зависимая.
— Тогда считай, что меня к тебе отправил твой ангел-хранитель. Для подстраховки, так сказать. Осталось придумать, как попасть внутрь.
— Вась, а дверь то не закрыта, я могла бы на нас морок накинуть, для отвода глаз. Знаю одно древнейшее и редкое заклятие, правда действует оно у меня всего минуточку. Надо успеть спрятаться.
— О! А это идея, — я кинулась к двери, где стояла Зайцева, схватилась за ручку, готовая в любой момент ее дернуть, и скомандовала, — накидывай!
Машка нерешительно помялась, но, в конце концов, взяла меня за руку, и тихонько зашептала какие-то стишки.