— Теперь позволите задать вам вопрос?
— Спрашивайте, — насторожившись, сказал пилот.
— В каком вы звании в антранской разведке?
— С чего вы взяли?.. — начал было он.
— Да бросьте, чтобы разведка да не воспользовалась возможностью находиться рядом с границей давнего противника и не иметь там своего человека? Никогда бы не поверил.
— Как вы меня вычислили?
— Сами бы не подошли, не вычислил бы. Хотя это логично — пилот единственного транспортника.
— Понятно. Майор я.
— Ясно. Ну, майор вы для своих, а сейчас, лейтенант, получите форму и приступайте к работе.
— Есть, нур! — вскочив, козырнул он.
Проводив его взглядом, я задумчиво протянул:
— Интересно, почему он не вызвал своих?.. Никогда не поверю, что у него не было такой возможности.
Через двенадцать дней не полностью отремонтированная, но вполне готовая совершить прыжок в гипер эскадра стала разгоняться.
Сидя в пилотском кресле и наблюдая за мигающими сигналами и точками на экране, показывающими мои корабли, я вздохнул. Будем надеяться, что мы быстро найдем мою планету. Земля, встречай нас.
Естественно, что за такое короткое время полностью вернуть боеспособность моей только созданной эскадре было просто невозможно. Не хватало практически всего. Производственный комплекс был перегружен заявками, однако и с круглосуточной работой он не мог выдать всего, что нам нужно. Больше всего проблем было с маневровыми движками для двух крейсеров и торпедоносца. Чтобы сделать десять движков, нужно было не менее двадцати дней, ведь в движках огромное количество деталей, каждую надо воссоздать, чтобы потом из них собрать двигатель. А на каждую деталь уходило просто прорва времени. Понятно, что мы не делали по одной: задал программу, она выдала штук двадцать, пятнадцать идет на сбор, остальное в ЗИП.
Из крейсеров только «Янь» был в полной боевой готовности и в фактически идеальном состоянии, а вот у «Зверобоя» и «Инь» по четыре рабочих маневровых движка. Неуклюже маневрировать и совершить прыжок в гипер еще можно, но о бое в ближайшее время лучше забыть или использовать их как неподвижные огневые точки с щитами на максимуме.
Чувствуя, как утекает время, я отдал приказ на прыжок, просто седалищным нервом чувствуя, что наше время уходит и скоро нас обнаружат. К тому же все равно материал для производственного комплекса заканчивался. Мы полностью переработали расстрелянный корпус старинного рудовоза, сделав часть запчастей и несколько элементов брони для крейсеров, восстановив целостность корпуса.
Первый прыжок по маршруту, где проходил пират, что украл меня со знакомыми с Земли, должен был занять два дня. Сложнее всего было не дать исполняющим обязанности капитанам маршрут прыжка, а синхронизировать его. Линкор больше и мощнее, значит, он в два раза быстрее окажется там. Крейсера и торпедоносец помедленнее, значит, «Илья» их опередит. Про «Стерегущий» я вообще не говорю. Летную палубу на «Ковчеге» освободили от части истребителей, так что он занял один из боксов. На «Вольку» я, кстати, так никого и не сажал, более того, даже не подпускал к нему. Это был мой личный корвет. Если «Илья» числился за наемным объединением, которое все равно принадлежало мне, то «Волька» принадлежал мне напрямую.
С настройкой маршрута мне помог Маллик и, как ни странно, Мел Герри. У них оказался немалый опыт в этом деле.
Естественно, во все время полета нам нечего было делать, поэтому свободные от вахты члены экипажа под присмотром медиков активно устраняли пробелы в знаниях, повышая свою квалификацию. Так как у меня был бокс только на десять медицинских капсул, я отправил всех десантников на «Ковчег». Мать Жорин к этому времени не без моей помощи полностью привела медсекцию линкора в порядок и стала обучать экипажи. Поэтому оставшиеся двадцать человек на «Илье» посменно учились. Я же отжал себе специализированную обучающую капсулу «Ученик-16», на которой скорость обучения повышалась на сорок процентов, и лег ровно на два дня, приказав вывести меня из искусственного полусна за час до выхода из гипера. Так что ничем примечательным первый прыжок не запомнился. Прыгнули, закрылась крышка капсулы над головой, открылась. Туалет, душ, новая форма, и вот я снова в пилотском кресле. Ну, по крайней мере, базу «Линкор» я за эти два дня поднял полностью до первого ранга знания, а где и до второго. Как известно, есть три ПОЛНЫХ пилотских базы. Это «Пилот малого корабля», называется «Фрегат». «Пилот среднего корабля», называется «Крейсер». И «Пилот крупнотоннажного корабля», называется «Линкор».