Сергей вышел из магазина и направился в парк, превращенный мелкими коммерсантами в рынок. Как поступить с этой парой? Взглянув на часы, он решил не торопиться. До встречи со старушкой времени было достаточно. Оторваться от верзилы с его дамой, не вызывая у них подозрений, труда не составляло. Но тогда он не сможет сесть им на хвост. Затеять небольшой скандальчик, задев спутницу «шкафа», и поломать его тоже не хотелось по той же причине.
«А зачем мне следить за ними? – внезапно спросил себя Серов. Он мысленно наградил себя сильной оплеухой. – Они же оба из гостиницы! Идиот! Кретин! – психанул Сергей. – Буратино со своей деревянной башкой умнее тебя! Дубина!»
С видом праздношатающегося бездельника Ковбой пошел на рынок, который, к его удивлению, был многолюдным. Усмехнувшись, он хотел начать нечаянное расставание с хвостом. Но все получилось гораздо проще. Позади раздался истошный женский крик. По сразу начавшемуся шуму было ясно: началась драка. Обернувшись, Сергей увидел, как спутница «шкафа» довольно легко свалила на асфальт вцепившуюся в нее толстуху. Сам верзила, двигаясь для своей внушительной фигуры на удивление быстро, дрался с тремя крепкими мужиками. Ковбой усмехнулся, заметив как легко, безболезненно принимает удары противников «шкаф». Через пару минут двое мужчин уже лежали на асфальте. Третий с истошным криком:
«Милиция!», быстро и трусливо бежал с поля боя.
Глава 66
Страшила без стука, с шумом распахнув дверь, ворвался в номер.
– Ты чего? – удивленно вскочила со стула Лариса. – Чокнулся? У меня трехместный номер. Здесь еще две женщины, кроме меня. Хорошо, они ушли. А то представляешь, что было бы?
Она хотела добавить еще что-то, но увидев мрачное лицо парня и нервно дрожащий шрам, замолчала.
– Рудольф здесь! – яростно выдохнул Роман.
– Кто это? – непонимающе спросила девушка.
– Рудин! – зло ответил Лугов. – Страшный тип! – Шрам на щеке задергался чаще. – Спец по убийствам. Раньше в ОБХСС работал. Потом вроде выгнали. Уезжал куда-то. Потом опять появился. Я его у Петровича последнее время часто видел. Но Рудин – не человек Петровича! Я это точно знаю! И держит себя со стариком как хозяин! Не пойму ни черта! – вспыхнул Роман. – Неужели Любимов – сам пешка в чьих-то руках? На кой он меня на Колыму отправил? Сука! Дух старый! – Страшила зло посмотрел на девушку.
– А он что тебе сказал? – негромко спросила Лариса.
– Что это не мое дело. Но в моих интересах! – прорычал Лугов. – Билет мне в зубы и в самолет!
– Ромка! – вдруг испуганно воскликнула Лариса. – А что если… – Не договорив, она испуганно замолчала.
– Что если? – подошел к ней Лугов.
– Лапу в Москве убили, а тебя как убийцу Любимов отдал Маркизе.
– Сдурела? – засмеялся парень. – Ты думаешь, о чем говоришь?
– Я-то думаю, – неожиданно смело заявила девушка. – А вот ты это делать разучился. Ты говорил, что встречал Лапу на аэродроме?
– Ну и что? – тихо спросил Страшила.
– Ты встречаешь Лапу, его убивают. Приезжаешь в Магадан – гибнет мать Маркизы. Что это? Совпадение? А вот Маша в это не поверит. Особенно, если кто-нибудь ей кое-что подскажет.
– Нет! – грохнул по столу кулаком Роман. – Не мог Петрович со мной так! Не мог! – В этом крике явно звучала ярость. А вот уверенности в голосе Лариса не услышала.
Задрав вверх и без того короткую юбку, учащенно дыша, Лютый гладил упругие сильные бедра молодой симпатичной женщины. Протяжно простонав, она лихорадочно начала расстегивать ремень на его джинсах.
– Я понимаю, – раздался насмешливый голос Зубкова. – В любви, особенно такой, третий липший. Но если вы думаете, что под ваши возгласы я буду заниматься онанизмом, то вы глубоко ошибаетесь.