– Тогда на кой мы за твоей Надюхой сюда прикатили? – зло спросил Лютый. – Кости ее собирать?
– Здесь другое, – подмигнул ему Андрей. – Надька вместе с Машкой в Афганистане была. Вроде даже жизнь ей спасла. Так что у нее шансов больше про чемоданчик узнать, – объяснил он.
– А где ты эту Соколову подцепил? Почему она тебе пацана доверила? – неожиданно спросил Лютый.
– Мы с детства дружили. Еще когда в Питере жили. Потом я ее по окончании мореходки натянуть хотел. Она мне вазу об голову разбила, и все! Кончилась любовь, – Зубков засмеялся. – Я в плавание ушел, дядя на сухогруз пристроил, там и влип с долларами. Но дядя – мужик большой был, отмазал. А она в Афганистан уехала, – вдруг разоткровенничался он. – Приехала брюхатая. Я уже в Москве жил. Секцию по каратэ вел. И заодно…
– А где ты этому каратэ научился? – перебил его Юрий.
– В Питере, когда еще в школу ходил, – начал вспоминать Андрей. – У одного приятеля родственник этим серьезно занимался. Вот он нас, пацанов, человек десять и начал учить. Мне понравилось. А в мореходку поступил, там некоторые тоже подпольно занимались. Потом, когда у нас каратэ признали, через дядю, он еще жив был, синий пояс получил.
– Это что же у тебя за дядя такой был?
– В «Интуристе» какое-то кресло занимал.
– А с Надюхой-то что дальше?
– На крюк я ее поймал, – усмехнулся Зубков. – После родов в хирургии работать стала. Я пробовал к ней подъехать, – со вздохом признался он. – А она на меня ноль внимания. Тут я как раз рэкетом в Питере занялся. А к ней ребят подослал. Мол, Афган прошли, раны болят – у меня трое со старыми огнестрельными были. Короче, клюнула она. А раз я приехал ее встретить, она места себе не находит. Куда-то лететь надо, а пацана оставить не с кем. Я и говорю, давай, мол, к моим старикам. И одурел прямо, когда понял, что согласна. Ну а вернулась, – Лорд поймал бьющуюся о стекло муху, – я ее и поставил перед фактом. И не дай Бог куда пожалуешься! С тех пор она на меня и пашет за то, чтобы пацан живой был.
– А если бы заартачилась? – взглянул на него Лютый. – Пришиб бы пацаненка?
– Не знаю, – честно ответил Зубков.
– Ладно, – махнул рукой Соснин. – Хватит воспоминаний. Нужно думать, где нам твою Надежду выцепить. А то вытащим пустышку.
– Пустышки не будет, – покачал головой Лорд. Просто не прозевать бы, когда она в Ягодном появится. Ведь я ей говорил, что в Магадане к ней человек от меня подойдет. А то она туда прокатит, а мы будем здесь ее искать.
«Это надо запомнить, – подумал Соснин. – И Меченому сказать, чтобы с автовокзала глаз не спускал».
– Узнать бы, кто Лапу в Москве угрохал? – задумчиво проговорил Андрей.
– Ну и что? – не сообразил лысый.
– Лапу пришили потому, что он что-то знал о товаре. Мне баба, которая и ввела меня в курс дела про пропавший товар, говорила, что Петрович тоже так думает, – объяснил он Соснину.
– Значит, и Маркиза это знает, – предположил Лютый.
– Вряд ли, – не согласился Андрей. – Скорее всего нет. Иначе зачем бы ее мать в аварию попала.
Глава 75
Нурия проснулась, когда настенные часы пробили одиннадцать. На улице вовсю светило солнце. «Правильно сделала, что ушла из гостиницы», – потянувшись, довольно улыбнулась женщина. – Видеть Фаину рядом и ничего не предпринимать она просто не смогла бы. Да и Змея, чувствуется, тоже на пределе. В последний раз они обе начали почти серьезную драку. Алферову, правда, немало удивило то, что и Фаина помнит далекий вечер борьбы голышом. Нурия злобно прищурила глаза. – У нее-то есть причина для лютой ненависти к Фаине. И она обязательно расскажет Фаине об этом перед тем, ка с ее убьет. Ладно! – Нурия тряхнула длинными волосами. – Это все потом, а сейчас нужно думать, что делать? Неожиданно пропал Ковбой. Не предупредив ее, съехал из гостиницы. Почему? Не повел ли он свою игру?»