Так начались их совместные дела. Соснин привозил ценные вещи; золото, хрусталь, церковную утварь. Андрей продавал, не спрашивая об их происхождении, а выручку делили пополам. С год назад Лютый, такое прозвище дали зэки Соснину за его жестокость, был уволен из МВД. За что, Андрей не знал, а Юрий не рассказывал. Оставив адрес, по которому его можно найти, бывший прапорщик исчез.
Когда Лорд через портниху Любимова получил информацию о пропавшем на Колыме товаре, он и вызвал Лютого. Узнав в чем дело, тот сразу согласился. Помня историю с валютчиком, Зубков не хотел иметь дела с Лютым. Но Хан, согласившись держать у себя сына Надежды, наотрез отказался от личного участия в охоте за товаром Петровича. К тому же Соснин как-то упоминал о колымских знакомых, у которых можно будет остановиться. И все же Лорд не совсем доверял лысому, именно поэтому он и упомянул о предложенных Ханом боевиках. Ответ Соснина: «Обойдемся! Сами с усами», – можно было понять двояко. Или Лютый действительно уверен в своих силах, или он просто не хочет, чтобы с Андреем были его люди.
– Иди билет регистрируй, – поторопил Зубкова Соснин. – Посадку скоро объявят.
Держа у уха телефонную трубку, Любимов долго и внимательно слушал собеседника, изредка кивая седой головой. Внезапно в его бесцветных глазах вспыхнула злая, мстительная радость.
– Конечно – согласился он. – Я все понял. Сегодня вечером… Нет. Он их не нанимал. Просто у него есть знакомый, который знает опытных людей, выполнявших такую работу… Все будет хорошо. Я уверен в этом… До свидания, – положив трубку, старик грубо выругался.
Он прав! Это покажет им, кто есть кто! И они снова обратятся ко мне, он возбужденно потер пухлые руки, и ткнул пальцем кнопку вызова. Верзила со шрамом появился мгновенно.
Глава 40
Подозвав официанта. Боярин протянул ему деньги и что-то негромко сказал. Благодарно и понимающе кивнув, тот быстро пошел к играющему танго ансамблю.
– Сейчас мою любимую сбацают! – обхватив мускулистой рукой сидевшую рядом полногрудую шатенку, заявил Иван. За соседним столом, изредка поглядывая по сторонам, сидели трое его телохранителей.
– Иван, – наклонился к Боярину Кащей. – Страшила пришел!
– Хрен с ним, – опрокидывая в рот стопку водки, небрежно отозвался здоровяк.
– Для нашего гостя, Бояринова Ивана, звучит его любимая песня, – объявила с эстрады длинноногая девушка. С первыми, прозвучавшими аккордами сидевшие через три столика от Боярина две молодые пары в быстром темпе приблизились к его столу.
– Фаина, Фаина, – звучало с эстрады.
– Файка! Змея! – хрипло подвывал Боярин. Словно вписываясь в мотив, раздался выстрел. За ним еще и еще. Вцепившись руками в скатерть, потянув ее на себя, сбив шатенку, Боярин с двумя пулями в груди грохнулся на пол. Та пронзительно завизжала, пытаясь сбросить со своих ног окровавленную голову Ивана. Вскочившему Кашею пуля попала в горло. Телохранители Ивана, при первых выстрелах опрокинув стол, выхватили пистолеты. Две молодые девушки и высокий гибкий парень в темных очках в упор расстреляли их из пистолетов. Уже падая, один боевик Боярина влепил гибкому пулю в живот. Девушки, синхронно направив пистолеты на своего напарника, дважды выстрелили. Убийца Боярина, для верности разрядив пистолет в голову уже мертвого Ивана, выхватил второй и, держа его перед собой, побежал к выходу. Угрожающе поводя стволами, за ним следовали девушки. В зале царила паника. Истошно, пронзительно визжали женщины. С побледневшими от страха лицами, сталкиваясь, сбивая и мешая друг другу в поисках укрытая, метались мужчины. Невозмутимым среди этого хаоса из страха и паники оставался Страшила. Сидя за угловым столом, проводив взглядом выскочивших в дверь убийц, он неторопливо допил вино и встал. Отбросив пронзительно кричавшего официанта, поправив на голове бинт, парень быстро пошел к выходу. На улице возле ресторана вновь затрещали выстрелы.