Рэпп подошел к реке, довольно широкой в этом месте, свернул направо и оглядел следующий квартал, дабы убедиться, что за ним никто не следит. Затем небрежно засунул руку внутрь куртки и сжал рукоять «Беретты», из которой застрелил Исмаила. Дождался момента, когда он оказался в тени между двумя уличными фонарями, вытащил пистолет, небрежным движением закинул его в холодную воду футов на двадцать от берега и продолжал идти дальше. Через квартал Рэпп избавился от второго пистолета, после чего ему предстояло принять первое важное решение. На противоположном берегу реки, на расстоянии всего в одну милю находился международный аэропорт Женевы. Если он поспешит, то успеет на последний рейс в Париж.
Однако в аэропортах Митч всегда нервничал – там имелись видеокамеры и полицейские, а для того, чтобы сесть в самолет, нужно купить билет и показать паспорт, оставляя четкий след. Его легенды следовало тщательно оберегать и нельзя было использовать ради удобства. Поэтому Рэпп вернулся к взятой напрокат машине и повторил то, что скажет полицейским, если его остановят. К счастью, беседовать с полицией ему не пришлось. Вокруг было полно автомобилей, но все они двигались в сторону места преступления. За все это время Митч ни разу не увидел машины, которая отправилась на поиски подозреваемого. Сев за руль, он посмотрел на секундомер. С тех пор как Рэпп спрятался за почтовым ящиком, прошло четыре минуты и тридцать семь секунд. Совсем неплохо.
Теперь, когда он сидел в машине, у него появилось несколько вариантов на выбор. Основной план состоял в том, чтобы пересечь границу с Францией и доехать до Лиона, но Митч испытывал сильное возбуждение, а на ближайшей границе уже могли получить информацию о человеке с его внешностью. Конечно, не осталось никаких улик, которые могли связать его со смертью Исмаила, но зачем зря рисковать?
Рэпп не был уверен, что сумеет успокоиться настолько, чтобы уверенно пересечь границу. Только сейчас он до конца осознал, что произошло. Он не ощущал слабости или тошноты – лишь душевный подъем, близкий к тому, который Митч испытывал, когда забивал решающий гол, но сейчас все было гораздо ярче и сильнее. Он включил музыку и поехал обратно в Женеву. Его мыслями завладела Грета, но Рэпп понимал, что сейчас у него нет времени для встречи с ней. Он должен следующим рейсом улететь в Париж, Стамбул, а потом в Дамаск.
Митч добрался до Цюриха после четырех, поставил машину на центральной парковке бюро проката и попытался поспать пару часов – до шести все равно ничего не работало. Однако у него ничего не получилось, и он полулежал, опустив спинку сиденья, раз за разом прокручивая в уме убийство Исмаила, пока не проанализировал каждую секунду, отметил все ошибки, рассмотрел другие варианты решения. Однако, как сказал бы его тренер из колледжа: «Победа есть победа. И не имеет значения, как ты ее одержал».
Если отбросить все лишнее, то остается одно: Рэпп победил, а Исмаил проиграл. И когда начался восход, Митч оглядел бетонную парковку и понял, что однажды наступит день, когда он окажется на месте Исмаила. Оставшуюся часть раннего утра Рэпп потратил на то, чтобы найти способ избежать судьбы ливийского офицера разведки. По пути из Цюриха в Стамбул, а потом в Дамаск, и на протяжении всей поездки по пыльной дороге в Бейрут, он играл в шахматы с самим собой. Что следовало сделать Исмаилу и как поступил бы он сам, если б его противник действовал иначе?
И снова на него навалилась усталость. Рэпп с удовольствием зевнул, и тут парень с автоматом жестом показал, что ему следует проехать вперед. Митч поздоровался с ним на французском, отметив, что часовому едва ли больше шестнадцати лет; затем улыбнулся, отстукивая ритм техно и продолжая жевать резинку.
– Цель вашего приезда? – без всякого энтузиазма спросил парень; впрочем, чего еще можно ожидать от человека, который целый день стоит на солнце и задает одни и те же вопросы.
– Бизнес.
– Какой именно?
– Программное обеспечение.
Парень покачал головой.
– А что это такое?
– Разные компьютерные штуки. – Рэпп наклонился, вытащил цветную брошюру, которую они заказали во французской компании, и показал ее парню, которому уже наскучил разговор.
– Мне нравится ваша музыка.