Глава 57
Харли потерял счет времени. После истории с ногтями они оставили его в покое, выключили свет и заперли дверь. Он сидел на стуле; его руки были примотаны клейкой лентой к подлокотникам, щиколотки – к двум передним ножкам, плечи и спина к спинке. Множество оборотов серебристой ленты, словно он мумия. В течение первых часов Харли пытался систематизировать все, что видел, слышал и говорил. Абу Ради вел себя вполне предсказуемо – как тонкокожий возбужденный ребенок, оказавшийся в теле мужчины. Если повезет, он сможет спровоцировать Ради, и тот его убьет. Это стало главной задачей Харли – вывести Ради из себя настолько, чтобы он забыл о приказах. Нужно продолжать сопротивляться. Стэн задремал, размышляя о собственной смерти. Какой красивой она получилась бы, если б он сумел воспользоваться яростью Ради… Навязать свою волю свободному человеку. Причинить такую душевную боль, чтобы тот совершил поступок, который сам считал неправильным…
Эти мысли вызвали улыбку на разбитых губах Харли, а потом его подбородок уперся в грудь, и он заснул. Через некоторое время проснулся. Прошло два или три часа, полдня – какая разница? В подвале стояла отвратительная вонь, но все же лучше, чем под грязным мешком. Ему было пора в туалет, поэтому он помочился, позволив моче стечь по сиденью стула на каменный пол. Это помогло ему немного расслабиться, но изуродованные пальцы стало жечь огнем, поэтому Харли начал беседовать с богом, чтобы отвлечься от боли.
У него не было иллюзий – Стэн знал, что ему не суждено стать святым. Он не сомневался, где окажется, когда все будет кончено, – и да, он верил, что кто-то есть наверху и кто-то внизу. За свою долгую жизнь Харли видел столько мерзкого дерьма, чтобы не сомневаться в том, что мир полон как добра, так и зла. А вот как он сам вписывается в данную концепцию, Стэн понимал не очень хорошо. Один из его любимых афоризмов гласил: «По души плохих людей приходят бойскауты». Хорошие нуждались в таких парнях, как Харли, хотя и не хотели это признавать. Может быть, бог его пожалеет. Может быть, нет…
Стэн склонил голову и попросил о прощении за всех невинных людей, которых он убил за свою жизнь, – но дальше заходить не собирался. За подонков он не станет просить прощения. И снова заснул. Разбудили его крики. Харли сразу понял, что это Ричардс. Он не имел ни малейшего представления, что они с ним делали. Крики прекращались и возобновлялись с новой силой, как волны прибоя, разбивающиеся о берег. А потом Стэн уловил их ритм и сообразил, что происходит. Ричардса пытали электротоком, но даже не собирались задавать вопросы. Они просто хотели утомить его. Слышать крики боли своего человека было для Харли едва ли не самым трудным.
Он опустил голову и попросил у бога сил, чтобы убить всех этих людей. Так продолжалось четыре или пять циклов. Стэн старался не думать о времени. Когда он просыпался, то готовился к тому, что ему предстояло. Среди множества ужасных вариантов существовал один, который заставлял его тревожиться сильнее всего, а когда дверь распахнулась и показались его враги, Харли показалось, что они прочитали его мысли.
Вошел мужчина, освещенный сзади, потом в дверном проеме появился окровавленный избитый Ричардс, которого с двух сторон поддерживали двое мужчин. Запястья Ричардса были связаны впереди клейкой лентой. Красные отметины на груди подтвердили предположение Харли. Лицо пленника было сильно разбито, один глаз полностью закрылся.
В комнату вошел Сайед, а вслед за ним – палестинец с таким же стулом, на котором сидел Харли. Сайед показал, куда следует поставить стул, и повернулся к Харли.
– Как ты себя сегодня чувствуешь?
– Великолепно! – с энтузиазмом ответил американец. – Вам, ребята, здорово удается принимать гостей.
– Да. – Сайед улыбнулся. – Я уверен, что нас ждет такое же гостеприимство, если мы попадем в твою страну.
– Думаю, у нас получится немного лучше, – сказал Стэн, показав дырку на месте выбитого зуба. – Ты же знаешь, насколько конкурентоспособны американцы. Мы отправили человека на Луну, не заставляя наших женщин ходить в парандже и взрывать себя.
– Все знают, что полет сфальсифицирован.
– Да, конечно, – охотно согласился Харли, глядя, как они усаживают Ричардса на стул. Один из подручных Сайеда вытащил нож и начал разрезать ленту на его запястьях. Стэну невероятно хотелось заполучить этот нож.