– И что потом?
– Либо ты останешься в живых и сможешь продолжать, либо исчезнешь навсегда. – Рэпп нахмурился; Харли знал совершенно точно, о чем тот подумал. – Мы не настолько другие, малыш. Идея бежать заложена в нашей сущности, но всегда хорошо знать, что у тебя есть выбор. Ты ждешь, узнаёшь, кто устроил на тебя охоту, – и тогда идешь за ними.
Рэпп принял его совет и окинул взглядом роскошную библиотеку.
– Когда мы уезжаем?
– Завтра утром. Я собирался сказать вам чуть позже.
– Куда?
– Обратно на место преступления.
– В Бейрут? – прошептал Рэпп.
– Угу. – Харли поднял стакан. – Хотя, возможно, у меня для тебя сначала будет небольшое задание.
– Какое?
– Мне кажется, у нас есть след, который кое к кому ведет.
– К кому?
– Я пока не хочу тебе говорить.
– Да ладно!
– Нет… смысла давать тебе надежду. Утром прилетит Айрин, чтобы проинструктировать нас. Если она подтвердит мои подозрения, я отправлю тебя в короткое однодневное путешествие, потом ты присоединишься к нам в Бейруте.
– А данные касательно Бейрута?
– Отличные… по-настоящему. Ребятишки целый день болтали, точно сороки.
Мужчины провели еще полчаса в библиотеке, и Ольмайер потратил довольно много времени, представляя своих сыновей Рэппу и Ричардсу. Старшего звали Август, младшего – Роберт, оба являлись президентами банка и входили в правление. Глава семьи заверил Рэппа и Ричардса, что они могут полностью доверять его сыновьям, и Харли подтвердил его слова. Ольмайер знал, что они уезжают утром, и предложил встретиться как можно раньше на следующий день, чтобы обсудить инструкции и убедиться, что каждый из них разобрался и понимает мельчайшие детали своих различных легенд.
Глава 42
За несколько минут до семи они перешли из библиотеки в гостиную, отделанную в стиле французского барокко. Белые резные цветы, листья и раковины на мебели и лепнине резко контрастировали с темным натуральным деревом в библиотеке. Рэпп сразу заметил Грету, которая сидела рядом с пожилой женщиной на одном из четырех диванов, стоявших в комнате. Митч решил, что это ее бабушка, а следовательно, жена Карла Ольмайера.
Грета улыбнулась ему с другого конца комнаты, Рэпп, который на сей раз сумел взять под контроль свои реакции, ответил кривой ухмылкой и подошел к ним, качая головой.
– Добрый вечер, дамы. – Он снова протянул руку, на этот раз сухую. – Грета, вы выглядите потрясающе.
– Спасибо, Митч… я хотела сказать, Майк.
Рэпп рассмеялся.
– Вы молодец.
– Познакомьтесь с моей бабушкой Эльзой.
Митч снова протянул руку.
– Очень приятно с вами познакомиться, фрау Ольмайер. У вас чудесный дом.
Когда она улыбнулась, Рэппу показалось, что у нее какие-то странные глаза, будто не совсем сфокусированные. Рукопожатие тоже оказалось слабым, и он подумал, что, возможно, она больна.
Неожиданно рядом с ним оказался Ольмайер.
– Майкл, насколько я понимаю, вы уже познакомились с Гретой.
– Да, сегодня днем мы случайно встретились.
– И с моей женой. – Он положил руку на ее плечо.
– Да.
Снова взглянув на внучку, финансист сказал:
– Грета – наша радость и гордость.
– И я понимаю, почему. Она очень умна.
– Да. И пока единственная из моих внуков, кто заинтересовался банковским делом.
В течение следующих пяти минут Рэпп знакомился с семейной историей герра Ольмайера. У Карла и Эльзы были два сына и две дочери. Одна дочь вышла замуж и живет в Лондоне; другая – в Испании, разведена. Жены Августа и Роберта сейчас отдыхают в Испании у золовки. У Ольмайеров одиннадцать внуков, Грета – третья по старшинству. Эльза молчала, только несколько раз улыбнулась. Ричардс, Харли и два брата находились в другом конце комнаты и, вне всякого сомнения, обсуждали гораздо более важные проблемы, но Рэпп не жалел, что не участвует в их разговоре. Возможность оказаться рядом с Гретой того стоила. И всякий раз, когда у него возникала возможность, он бросал на нее взгляды. Вместо хвостика она закрепила волосы на затылке мягкой заколкой и от этого выглядела старше, чем когда он увидел ее впервые. Грета была одета в шелковую блузку кобальтового цвета, черную юбку и серые колготки. Рэпп не сомневался, что герр Ольмайер пару раз заметил, как он на нее пялился, и не имел ни малейшего представления о том, что думала по этому поводу Эльза. Она улыбалась и сидела с отсутствующим взглядом. Рэпп порадовался, что Ольмайеры не стали спрашивать Рэппа о его собственной семье, потому что ему бы пришлось соврать.