На все расспросы и намеки специалист отнекивался, упорно придерживаясь принципа «я сам в шоке», но высказал вслух мысль о том, что традиционная система закаливания организма представляет собой опасность для самого организма. Шестерка пролежала в капсулах по очереди всего восемнадцать часов — сказалась врожденная стойкость к низким температурам. После этого случая все попытки как-то навредить нашему герою прекратились, но подспудно он чувствовал, что этим все не закончится. Тем не менее, дальнейшие две недели для него пронеслись как два дня — учитель взялся за него серьезно, и к вечеру специалист доползал до своей комнаты, чтобы приняв расслабляющий душ, упасть на кровать, проваливаясь в мертвецкий сон.
Наука давалась ему тяжело — стать специалистом за такой короткий срок было нереально, поэтому мужчина сконцентрировал все свои силы и внимание на доведении до автоматизма изученных ударов и блоков — связки из нескольких ударов у него получались плохо. Повторял некоторые движения по несколько сотен раз, доводя их до уровня рефлексов: удар-блок-удар. А парочку приемов повторял и почти по тысяче раз: особенно ему понравился круговой парный удар двумя мечами одновременно. Движение начиналось со спаренного взмаха двумя руками отведенными перпендикулярно плечам вперед — затем такое же движение назад на максимум разворота. Для себя этот удар он назвал веерным взмахом — эффективный прием защиты от окруживших тебя врагов.
На третьем месяце начались спарринги с другими членами группы — тут он ощутил на себе подлый замысел учителя. Дело в том, что его подготовка сильно уступала остальным бойцам школы: теперь каждый день он проводил в капсуле, что отрицательно сказывалось на его психике и самочувствии. Из медицинских баз он знал, что такое частое использование этого агрегата понижает его природные регенеративные способности организма. Попытавшись выяснить, зачем это учителю, натолкнулся на маску непонимания — спарринги, это, дескать, обычная практика в искусстве ближнего боя. Кроме того, наставник огорошил его заявлением, что ему предстоит через неполных две недели провести квалификационный бой с его учеником, на выбор его — учителя. И во время этого боя он может получить сильные увечья, или даже умереть от ран — так определялся лучший в школе, и такая система подготовки была общепринятой на Латонге.
Огорошенный такой новостью, Макс решил отказаться от боя, напирая на то, что контракт со школой был на обучение — никаких смертельных поединков там указано не было. На что учитель отпарировал, сказав, что именно в этом типе контракта «трехмесячное испытание» это подразумевается безусловно, по правилам местных школ боевых искусств. Но ученик может отказаться от поединка, однако согласно контракту, это будет квалифицировано, как разрыв договора в одностороннем порядке раньше срока, и школа будет требовать выплаты штрафных санкций в двадцатикратном размере платы за учебу. Самое плохое, что все подтверждалось — мужчина еще раз просмотрел контракт: такой пункт был, но описан был расплывчато.
— Вот бля, зря я не обратил особого внимания на этот пункт,… не ожидал такого от этих мохнатых уродов — думал землянин и начинал злиться — эти аборигены оказались хитрыми и подлыми гуманоидами — но вот так просто дарить каким-то мартышкам свои кровно заработанные миллионы не собираюсь.
— Какие правила в этом поединке? — спросил он мастера. Он не понимал логики его действий — я ему не враг, школу выбрал случайно, заплатил то, что он озвучил,… разве что эти разборки с его учениками — решили смертельно проучить наглого гладкокожего…
Правила поединка были просты: оружие боец выбирал себе сам — допускалось любое холодное оружие, но не допускалось применение щитов, в том числе и современных энергетических, как впрочем, и любые другие современные приблуды. Современные бронескафы также не допускалось одевать на поединок. Землянин сразу подумал о паре «Серый коготь» — давать себя убить или обокрасть такой наглой подставой он не собирался. Дотерпев побои и унижения до конца подготовительного срока, он поставил в известность мастера о том, что сражаться будет на своем оружии, которое привезет с орбиты. Его отпустили без проблем, ведь в случае неявки, школа выставляла ему иск на восемь миллионов кредитов. Пока летал туда и обратно еще раз прокрутил схему подставы: скорее всего эта школа таким занималась не первый раз — хорошее медицинское оборудование в комплексе стоило неплохих денег — на чем еще это свора гопников могла тут заработать такие средства? Схема была проста: турист прилетал сюда за экзотикой в надежде научиться несложным приемам владения острыми предметами — не ожидая гадости, подписывал контракт на это подлое «трехмесячное испытание», а когда ему в конце срока объявляли о том, что его могут и случайно убить на подставном поединке, сбегал, выплачивая круглую сумму штрафа.