Любимов недоверчиво смотрел на стоящего перед ним парня.
— Ты уверен? — кашлянув, неожиданно тонким голосом пропищал он.
— Конечно, — как-то виновато подтвердил тот. — Они его на машину посадили и увезли.
Петрович, подняв телефонную трубку, кивком головы отпустил парня. Тот поспешно ушел. Старик набрал номер, но тут же передумал и положил трубку. — Сам позвонит, — пробормотал он.
Мужчина в твидовом костюме, упершись взглядом в фотографию Элис, ссутулившись сидел за письменным столом. Шумно вздохнув, он начал читать лежащие на столе бумаги:
«Элис Кемпбелл. Год рождения 1960. Американка». Далее шли подробности о ее детстве, образовании. Внимание мужчины заострилось на подчеркнутом пунктирной линией: «В 1979 году с помощью профессионального убийцы Алекса Горда инсценировала свое похищение. Ее отец, глава крупной корпорации, производящей спортивную одежду, Рэймонд Кемпбелл заплатил выкуп в размере десяти миллионов долларов. С этими деньгами Элис и Горди уехали в Италию, где финансировали и принимали непосредственное участие в похищении и убийстве прокурора Джератти. Элис Кемпбелл непродолжительное время была членом террористической организации «Красные бригады». За несколько дерзких вооруженных ограблений банков в Италии и Франции разыскивается Интерполом». Далее шли приметы. Мужчина тяжело вздохнул. Его внимание привлекла фраза, обведенная синим карандашом:
«Вступает в половую связь с физически сильными мужчинами. Но только после не менее получасовой борьбы тайдзюн-цу». Выдвинув ящик стола, мужчина мелко дрожащей рукой достал небольшой пистолет с дарственной гравировкой. Положил оружие перед собой. Его властное, сильное лицо посерело и сразу потеряло прежнюю привлекательность. В глазах, разрастаясь, заплескался страх. В дверь постучали.
— Можно? — спросил молодой мужской голос. Мужчина поспешно накрыл оружие каким-то журналом и сипло разрешил:
— Входи.
В кабинет вошел молодой человек в строгом темно-синем костюме.
— Чем ты меня порадуешь? — невесело поинтересовался мужчина.
— Рудин с чем-то попался на Колыме, — нерешительно начал тот. — Из Магадана запрос пришел. Вчера по телетайпу его данные передали...
— Почему ты мне об этом сразу не сказал? Почему?! — взревел твидовый костюм.
— Вы были в... ,
— Убирайся, — устало махнул рукой мужчина.
Элис с насмешливой улыбкой смотрела на проплывающие за вагонным окном пригороды Москвы. Дверь отодвинулась, и в купе вошел Смит.
— Где они? — не оборачиваясь, спросила женщина.
— В соседнем вагоне, — закрывая дверь, ответил Смит. Затем, взглянув на нее, несмело присел на соседнюю полку.
— Ты уверена, что нам это дело нужно? — нерешительно спросил он.
— Не нам, а мне, — поправила его Элис. Потянувшись сильным, гибким телом, она взглянула на мужчину.
— Этому товару баснословная цена! Надеюсь, ты не думаешь, что я упущу редкую возможность, ничем не рискуя, заработать в этой умирающей стране очень большие деньги?
— Золото оно везде золото, — рискнул не согласиться Смит.
— Но ты же сам видел образцы товара, — женщина подалась вперед. — И оценил его.
— Я вполне могу ошибаться.
По губам женщины скользнула лукавая улыбка. Она откинулась к стене и рассмеялась:
— А Гарри Стивен тоже может ошибаться?
— Нет, конечно, — удивленно взглянул на нее Смит. — Но при чем здесь он?
— Так вот! — вполне серьезно и как бы даже торжествуя, заявила Элис. — Он видел образцы этих юкагирских амулетов. И его восторгу не было предела. Гарри заявил, что подобного он не встречал.
Увидев на лице Смита сомнение, женщина улыбнулась и добавила:
— Надеюсь, не надо говорить тебе, что оценке Гарри доверяют даже больше, чем заключению ювелирной комиссии Лондона.
— Но тогда русские просто не выпустят нас с товаром, — убежденно заявил Смит.
— В этой на удивление большой и богатой стране, где есть все, чтобы прекрасно жить, царит сейчас растерянность на грани паники. И остановить нас или как-то даже существенно помешать не сможет никто, — прозвучал уверенный голос неожиданно и беззвучно появившегося в купе атлета с белокурыми, собранными в пучок волосами.
— Ты как всегда неожиданно, — засмеялась женщина. В ее глазах вспыхнула горячая страсть.
— Ты не мог бы оставить нас одних? — негромко обратился к Смиту мужчина.
— Да, конечно. Я уже хотел уходить, — заторопился тот.
— Какой вопрос будем обсуждать сегодня? — уже раздеваясь, прерывисто дыша, спросила женщина.