— Я просто хочу тебя! — рывком снимая рубашку, прохрипел блондин.
— Тогда вместо честной борьбы тебе придется изнасиловать меня, — уже совершенно голая женщина, пружиня длинные сильные ноги, отступила к столику. — Ты же знаешь: для меня секс без небольшой схватки вначале не интересует. Только схватка возбуждает твою Бешеную Элис.
ГЛАВА 92
Собираясь выходить, Меченый открыл дверь. Сильный удар в челюсть отбросил его назад. Упав на спину, он хотел подняться, но не успел. Двое парней стали избивать его ногами. Вздрагивая от ударов, подтянув колени к животу, прикрывая локтями бока, а склоненную к груди голову ладонями, Данилов уже не пытался подняться.
— Хватит! — сквозь болезненные удары услышал он короткий возглас.
Парни сделали шаг назад и, как после хорошо сделанной работы, достав сигареты, спокойно закурили. Басмач, присев радом с Меченым, ухватив за волосы, откинул его голову назад.
— На кой хрен вы приехали с Лютым в Ягодное? — угрожающе спросил он. Чувствуя левым боком упирающуюся в ребро рукоятку револьвера, что-то промычав, Данилов, как бы прощупывая живот, сунул пальцы правой руки под куртку. Прохрипел:
— Я все скажу, — осторожно вытаскивая оружие, морщась от стрельнувшей в животе боли и косясь на парней прищуренными от ярости и страха глазами, он перевернулся на спину.
— Еще бы ты не сказал, — скользнула по губам Басмача ехидная усмешка. Он резко дернул захваченные в кулак волосы вниз. Затылок мужчины сухо щелкнул об пол. В голове мгновенной вспышкой боли взорвалась чернота.
— Не бей, — проскулил Данилов. — Я все скажу. Гортанно рассмеявшись. Басмач отошел к боевикам.
— Я с лысым за бабой приехал, — простонал Меченый. — Нас Лорд нанял.
Оттягивая время, пережидая раздваивающий окружающее легкий туман в глазах, он говорил еще что-то. Затем, немного оправившись, решил действовать. Данилов понимал: если эти трое примутся за него еще раз, он если не сдохнет, то просто сойдет с ума от боли. Меченый неожиданно припомнил слова одного заключенного, которого наряд прапорщиков, дежуривший в ПКТ, чтобы скрасить длинную новогоднюю ночь, с перекурами бил в камере изолятора.
— К боли не привыкнешь, — сплевывая кровь, шептал зэк, когда его спросили, почему он перестал орать.
— Привык, что ли?
— Просто моими криками вы греете себя, вот, мол, как мы умеем. А удовольствие доставлять вам, менты поганые, я не хочу!
— Чего замолчал? — услышал Данилов угрожающий голос.
— Я вам лучше карту эту отдам, — расстегивая пуговицу на пиджаке, обреченно проговорил он.
— Какую карту? — заинтересованно шагнул к нему один из парней. Дернувшись всем телом, вскрикнув от боли, Меченый выхватил револьвер. Сухо треснул выстрел. Ближний парень, взвизгнув, схватился за живот. Согнувшись, он рухнул на пол. Двое других метнулись к Данилову. Он снова нажал на курок.
В надежде встретить Сергея и выяснить, чем вызвана его «отставка», Варанкин долго ходил по поселку. Он не мог, не хотел уезжать по двум причинам, одной из которых была необходимость расплаты с Лютым. А во-вторых, хотел помогать Серову. Парень привык к этому сильному насмешливому человеку. А главное — он был благодарен ему за столкновение в магаданском аэропорту. Ведь если бы не это... Увидев здание с большими буквами наверху ГЛАВПОЧТАМТ, вспомнив, что у него есть телефонный номер больницы, где лежит Николай, зашел на переговорный пункт. К его удивлению с больницей в Магадане соединили почти сразу. Приятный женский голос сообщил, что за больным Фроловым приехала мать, и вчера вечером они улетели в Москву. Это сообщение настолько обрадовало парня, что он решил отметить выздоровление друга в одном из многочисленных кооперативных кафе. Дожидаясь заказанного, лениво покуривая, сидя за столом у раскрытого окна, парень стряхивал пепел на улицу. Вдруг он вскочил и, едва не сбив с ног входящую в кафе женщину, выбежал на улицу.
Лютый неторопливо шел по тротуару. В назначенное время Меченый не пришел. И он размышлял почему. Может, засек эту бабу и сел ей на хвост? Дай бог! А то деньги почти на исходе. Но вдруг Олег выцепил Соколову и, взяв у нее чемодан, уже уехал? От этой мысли Лютый даже остановился. «Ведь Меченый может, черт возьми! А я даже его адреса не знаю! Специально не сказал, сука! Ладно, — решил Соснин. — Психуй — не психуй, делу это не поможет. Если Олег не появится в течение трех дней, надо будет тряхнуть Андрюшу и делать ноги». Щелкнув зажигалкой, он прикурил и пошел дальше.