Мускулистый молча вышел. Профессор снова подошел к телефону и, сняв трубку, набрал номер.
— Алло, — услышал он мелодичный женский голос.
— Это я, Люсик, — негромко проговорил он. — Сегодня я занят и поэтому не смогу прийти.
— Но как же так, Валерик? — капризно протянула женщина. — Ты же обещал, что мы сегодня поедем в порт. Я уже собралась.
— Повторяю, я занят! — резко проговорил мужчина и положил трубку.
Симпатичная брюнетка лет сорока, положив ногу на ногу, смотрела на нервно курившего летчика ГВФ. Затем вдруг неприятно рассмеялась.
— Я не нахожу причин для веселья, — сердито повернулся к ней тот.
— Дурачок, — необидно сказала она. — Я уверена, что товар у него.
— Даже если это так, хотя сомневаюсь, то что дальше? Он достал из кармана кителя сложенную газету и бросил ее на колени женщины.
— Вот почитай. На четвертой странице.
Брюнетка неторопливо развернула газету. Пробежав глазами страницу, нашла нужное: «...в своем кабинете застрелился работник российской прокуратуры». Далее шли газетные домыслы. Женщина отложила газету.
— Так это же прекрасно, — улыбнулась она и, заметив немое удивление мужчины, неторопливо пояснила. — Твой отец лишился мощного прикрытия. И им очень скоро займутся компетентные органы. Поэтому его крах теперь неминуем.
— Но вместе с ним рухнет все, что сейчас есть, — раздраженно заметил летчик.
— Так вот что тебя волнует.
— А тебя разве нет?
Глаза женщины заискрились злостью. Но она сумела сдержаться и довольно спокойно сказала:
— Я, как и ты, поклялась отомстить твоему папуле. Причины разные, а цель одна. А поэтому, — она встала, — ты поможешь мне, а я тебе. Тем более, Геннадий, осталось совсем немного.
— Но отец обещал, что я займу его место!
— И ты поверил? — язвительно поинтересовалась женщина. — Тогда объясни, почему он до сих пор держит в тайне, что у него есть сын?
— И почему же? — быстро спросил Геннадий. Веселый женский смех был ему ответом.
— Маргарита! — разозлился летчик. — Прекрати!
— Геночка, милый, — вытирая выступившие от смеха слезы, женщина подошла к зеркалу. — Я думала, ты умнее.
ГЛАВА 99
Темные бесшумные фигуры с автоматами короткими перебежками, подстраховывая друг друга на случай перестрелки, окружали длинное двухэтажное здание. Коротко ухнул филин. Темные фигуры неподвижно застыли в той позе, в какой их застал крик ночной птицы. Из дверей дома, потягиваясь, вышел мужчина. Подойдя к стене, расстегнул ширинку.
Выросшая тень коротко махнула рукой. Снова раздался крик ночной птицы и как бы размытые темнотой фигуры бросились к дому.
— Где Маркиза? — увидев Надежду, спросил Барон.
— Она хотела поговорить с женщинами, которых захватили в больнице, — ответила Надежда и, заметив нервозность бородача, быстро спросила:
— Что-нибудь случилось?
— Нет ее нигде, — отрубил бородач. Подскочил к ближайшей двери, повернул ключ, распахнул ее. В ней две окровавленные женщины, ухватившись за волосы, надсадно дыша, пинали друг друга расцарапанными ногами. Барон, хлопнув дверью, рванулся дальше.
— Ты убила во мне ребенка! — одновременно выдохнули женщины. Услышав одна другую, замерли.
— Что ты сказала? — снова в унисон прозвучали их удивленные голоса. Нурия и Фаина с явным изумлением, недоверчиво смотрели глаза в глаза.
— Я была на втором месяце беременности, — наконец яростно прошептала блондинка. — А после нашей голой борьбы был выкидыш.
— Врешь! — хрипло выдохнула Нурия. — Это у меня был... — И вдруг осознав, сумев понять, что Касымова не врет, замолчала. На расцарапанных, окровавленных лицах обеих появилось выражение злорадного торжества. Они встали. В разорванной одежде, с синяками и ссадинами на лицах и теле, по-прежнему готовые к драке, обе громко и издевательски засмеялись.
Отчаянным рывком оторвав руки Зотовой от своей шеи, Мария вывернулась из-под противницы. Но та, вцепившись ей в волосы, дернула их вниз. Потные сильные женские тела, свившись в клубок, покатились по полу. В дверь громко застучали. Ничего не слыша, женщины продолжали схватку. Рыча, нанося удары, при возможности пуская в ход зубы и ногти, они оспаривали право на жизнь. Оказавшись сверху, Мария ухватила волосы противницы и зубами впилась ей в горло. Захрустел кадык. Рот Татьяны широко раскрылся в последнем предсмертном крике.
Бородач с Ангелом с силой били в дверь плечами.
— Сергей! — нетерпеливо воскликнула Соколова.