Парень за баром считал выручку.
- Здорово, Рик! – Рэм сел на табурет.
- Рэм, вот уж кого не ожидал увидеть! Тем более в такое время. Выпьешь? – предложил Рик.
Рикки Хардман. Он же Рик. Сводит заказчиков и наемников. Именно благодаря ему можно получить хорошую работенку, а главное деньги за нее. Но этот человек славился не только как «сводник», но и как хороший воин. Лучший из наемников, берущийся только за интересующие его заказы. И речь отнюдь не об оплате.
Этот наемник смог пробиться по жизни, обеспечив себе стабильный заработок. Мужчины уважали его, а девушки мечтали о любви. И это вполне понятно. Высокий, мускулистый, с длинными светлыми волосами, собранными в конский хвост, с живым, внимательным взглядом голубых глаз, хорошей шуткой на языке и кошельком за поясом.
- Не сейчас. Я по делу. Но сначала, - Рэм вытащил из кармана увесистый кошель и передал его Хардману.
- О! За это тебя и люблю парень! – Рикки спрятал кошель в кармане даже не пересчитывая. Рэм усмехнулся: доверие в их кругах было редкостью.
- Так что там с делом? – навалился на стойку мужчина. – Решил за заказ взяться? – глаза цепко вглядывались в лицо Рэма. – Рановато в этот раз. Проблемы?
- Мелочи жизни.
Рикки хмыкнул:
- За что берешься?
- Шкатулка.
- Знаешь, - сводник навалился на стойку, - я советовал бы взяться за что попроще, но…
- Мне нужны деньги.
- Но ты не пустая башка, и не будешь лезть в пекло без причины, -докончил он. - Информация об особняке, - Рик вздохнул. – Паршивое место. По ночам люди пропадают в тех кварталах. Выжил только один старик, да и тот сошел с ума. Все что удалось узнать, что он провел ночь именно в особняке, а не в остальных домах. По предположению заказчика, шкатулка в кабинете. Ну а там черт знает! Лучше бы сделать несколько заходов, пока не найдешь эту безделицу… Большего сказать не могу.
Рэм несколько секунд смотрел в пустоту, обдумывая услышанное.
- Ну, значит скоро у тебя появится новая информация, - парень вскочил с табуретки и направился к выходу.
Дневное время малопригодно для выполнения работы. По улицам скользили тени – люди в черных плащах, чьи лица скрыты капюшонами. Наблюдающие за порядком, они отправляли всех нарушивших закон за решетку, для дальнейшего разбирательства. Не важно кто им был – дети, женщины или старики, - перед законом все равны! А законом являлась воля Тарона.
Ночью было проще скрыться. Наказания как такого не существовало. Но после наступления комендантского часа на улице не было не души. Ведь все, кто после восьмикратного боя часов городской ратуши, не успели скрыться в домах, могли не дожить до утра. Тени сменялись безжалостными Ночными Стражами – существами, состоящими из самой тьмы. Они питались людскими чувствами, нередко испивая душу до дна, а счастливчики – выжившие после встречи со стражами – сходили с ума.
Рэм вошел в публичный дом, прошел его насквозь незамеченным и вылез через окно на запретную зону. Эти маневры были необходимы. На перекрестках таких кварталов нередко дежурили тени. В городе существовало несколько областей, которые посетить могли только те, кто состоял на службе Тарона. Остальным грозила: смерть или каторга, на усмотрение главы теней.
Парень пересек улицу и вошел в глубь проклятого места.
Квартал звучал не как город или дикий лес, он никак не звучал. Не было видно птиц, мышей, только деревья еле уловило шуршали ветками и скрипел снег под сапогами.
Дома пялились пустыми провалами окон. Из некоторых вылетали некогда белые занавески, развевающиеся как платья призраков.
Особняк возвышался темной громадой в середине улицы. Скрипела стальная створка калитки, качаясь под ветром. Рэм глубоко вдохнул и судорожно выдохнул. Под рукавами куртки, в запястьях, начались неприятные ощущения, как будто кто-то вытягивал вены наружу. Парень толкнул рукой створку и вошел во двор.
Скрип снега действовал на нервы. В окнах, кое-где заставленными стеклами, зубрившимися теперь острыми прозрачными клыками, зияла темнота.
Входная дверь отворилась, и на толстом слое пыли отпечаталась подошва сапога.
Холл, застеленный ковром, с хрустальной люстрой под потолком, портретами по стенам, покоившимися под толстым слоем пыли. Вправо и влево уходили коридоры, за закрытыми дверями, и поднималась широкая лестница на второй этаж. Рэм поднялся по ней, осторожно наступая, стараясь не провалиться под сгнившие половицы, огляделся и пошел вправо. Кабинет должен быть за третьей по счету дверью слева.