Выбрать главу

— 100 к отношениям со светлыми расами

— 10 к шансу получить задание от жрецов светлых Богов

— 10 к отношениям со служителями светлых Богов

Временное условие:

Если ты ступил на этот путь умышленно, укрепи успех, подставь под нож растяпу, попавшегося на твой ловкий ход. Это будет славное подношение, которое твои темные покровители оценят по достоинству. Если же случившееся было лишь случайностью, совершенной по воле злого рока, одумайся! Беги, пока не поздно! Загладь ошибку, пока врата в светлые храмы не закрыли пред тобой двери!

— И я, блин, побежал! Только ты уже и земли выбрал, и оплатил все. Так что ни советом, ни финансово, я помочь уже не смог. Следующая идея, которая мне стрельнула — это нанять кого-то, чтобы охранял твою задницу. Мой уровень не на столько высокий, чтобы хоть чем-то помочь, — речь Боркуса была вдохновленной, он размахивал руками, нагнетал обстановку, а мы тихо посмеивались.

— А чем тебе темные не угодили? — подлил масла в огонь Гуош.

— Как, чем?! — взревел серокожий, — Всем! Я же паладин! Светлый, мать его, паладин! Какие мне темные?!

— А что сейчас? — заинтересованно спросил я, снова натягивая упряжь волокуши, — Ты же помог мне, так зачем пошел дальше? — надо же мне знать, когда эта махина решит покинуть мое уютное общество.

— Да ничего, — раздосадованно отмахнулся орк, — система сообщила, что "Вы сделали свой выбор и определили свой путь. Докажите делом — утраченное доверие еще можно вернуть. Неукоснительно следуйте выбранному пути ближайший месяц" — кривляя кого-то, кисло закончил Боркус.

— Да уж, забавно вышло, — я слегка улыбнулся.

— Да ничего забавного! — вновь завелся орк, — Это тебе забавно! А я паладин! Я такие пятна не скоро смогу вывести и закрыть перед Богами. Я даже не знаю, что должно случиться, чтобы теперь меня приняли в послушники светлого Бога.

Мы бы и дальше вели эту перепалку, но Граф резко прыгнул передо мной и утробно зарычал. Уши и хвост прижаты, лапы слегка согнуты, с пасти капает слюна… Справа я услышал шипение и успел увидеть только хвост змеи, мелькнувшей за каким-то камнем, Гуоша я даже не заметил. Боркус напрягся и перехватил меч удобнее.

Не прошло и минуты, как из-за ближайшей горы к нам на лошадях вынырнула какая-то компания игроков. Одеты они были все как один — в какую-то бесформенную хламиду бежевого цвета. Они на нас смотрели с явным предвкушением и ожиданием лёгкой наживы.

— Ой, а что это у нас за малыши на прогулку вышли? — протянул с довольным видом выехавший вперёд игрок с ником Думхак. — Нам тут одна птичка нашептала, что вы везёте нам в подарок целую кучу всякого хлама. Так что будьте паиньками, поделитесь сами, а то мы и обидеться можем, — уже явно оценивая, как можно подороже продать содержимое волокуши, он продолжил нас обходить по кругу, рассматривая, можно ли чем ещё поживиться.

— Так, учитывая, что тащить самим не с руки, а забрать это барахло мы можем в любую минуту, — тут он был прав, все игроки имели уровни от 40 до 50, человек 7 и Гуош куда-то делся, а без него мы им на один зуб, — разворачивай свою волокушу, дотащишь свой шмот до нашей стоянки сам и мы тебя не отправим на локу возрождения, — это он адресовал мне, — вы трое, сопроводите до стоянки, начнет буянить — убейте к чертям, — это он уже своим товарищам, — а ты, — ткнул он в Боркуса, — помоги ему тащить, быстрее будет и уберите свою шавку! — тут он аж взвизгнул, а я наконец вспомнил про Графа.

Он также скалился и, казалось, был готов впиться в горло этому хлыщу. В общем, как и я, только волчонок это ещё и демонстрировал. Я отозвал питомца, чтобы его в очередной раз не прибили. На что он обиженно чихнул и уступил свое место в упряжи орку. Мы развернули волокушу и потащили вслед за всадниками. И если они думают, что им что-то достанется — они в этом глубоко заблуждаются. Я скорее спалю все, чем уступлю этим пустынным шакалам. Но им же об этом знать не обязательно, ведь так? А вообще интересно, откуда они узнали о нас. Тут два варианта — либо Аджек постарался, либо трактирщик, у которого мы закупались последним. То-то у него глазки бегали. Ну ничего, ещё сочтемся.

Глава 19

На стоянку этих псов пустыни мы отправились под конвоем из трех человек. Остальные же немного сменили курс и отправились куда-то дальше. Видимо, на сегодня мы были не единственной их целью. По пустыне нам пришлось идти достаточно долго, часа три, не меньше. А когда дошли, пришлось признать, что разбойники неплохо так расположились. И хотя, судя по тому, что мы увидели, стоянка эта была временной, но это был оазис, с водой и тенью. Спустя несколько минут, после пересечения невидимой границы, система подтвердила мои догадки.

Смена локации. Временная стоянка Сынов Пустыни.

Локация является временной и на карту добавлена не будет. Но вы можете сделать это самостоятельно, настроив в меню карты. Подробная информация находится на форуме.

Я, безусловно, желал. Даже если и эти, так называемые, Сыны Пустыни потом сменят место дислокации, то это все еще остается оазисом посреди пустыни. Кстати, интересно, как им это удалось? Клан они не образовывали, это точно. Неужели для игроков полного погружения разрабы решили ввести что-то еще? А я ведь даже не поинтересовался. А ведь возможно именно поэтому другие игроки и не задавались идеей основать клан, что им это просто не нужно. Обязательно уточню этот вопрос, когда выберемся. В лагере, кстати, еще на подходе было заметно какое-то нездоровое шевеление. Разбойники седлали лошадей, вскакивали на них и куда-то мчались с горящими глазами. В лагере, к тому моменту как мы добрались, осталось двое часовых и трое наших провожатых. Куда и зачем отправились остальные, стало понятно совсем скоро. Нам указали место, куда тащить наши пожитки, а сами провожатые спросили у часовых:

— А куда это все так намылились?

— А там торгаш какой-то караван через пустыню на верфи тащит, вот сначала часть не в кипеш погнали, а потом остальных по-тиху подтягивать начали. А эти кто? — тут дежурный кивнул на нас, почти дотащивших волокушу до общака разбойников.

— Да мелочь какая-то, бродяга слил, что они у барыги на дощатой затаривались. Ну и загнал ноги голубку, а тот уже Думхаку слил, — тут внимание обратили и на нас, — Эй, вы, хорош уши греть! Свалили, пока я не…

Что там "не…" узнать нам суждено не было. Наш провожатый взорвался тысячей кровавых брызг, опал светящимся трупом, второй последовал за ним, только с перерезанной глоткой. В то же время раздалось шипение и дикий крик со стороны дежурных. Третий провожатый осел на землю с вывернутыми наружу ребрами и вывалившимися кишками, источая тошнотворно сладкий запах и вонь от разорванного кишечника, а мне что-то стало дурно. Кажется, тут разрабы перестарались чутка с реалистичностью. Но благо, продолжалось это не долго и мне резко стало лучше, а запах притупился, хотя и не исчез полностью. Ну и жесть. А Гуош тем временем дорезал второго дежурного. Труп первого заглотила змея и теперь довольно шустро его переваривала, по крайней мере в объеме она уменьшалась достаточно быстро.

— Ну и чего застыли? Перекидывайте вещи в телегу, я пока запрягу лошадь, — сказал Гуош, указывая на телегу.

— Ох, не к добру это, ох, не к добру… Как же я теперь эти пятна… — ушел в указанную сторону что-то бормоча себе под нос Боркус.

— Корсак, а ты чего стоишь? — зыркнул на меня Ёсик, — давай, шустрее, греби все, что можешь во вторую телегу, тут как раз пять лошадей осталось. Три нам и две на телеги.

— А что они там говорили, кстати? Кто нас слил? — спросил я, чтобы хоть что-то говорить, а то желудок еще слегка подворачивает, хотя и понимаю, что это всего лишь игра.

— Ты ж дитя двадцать первого века, свободы слова и интернета. Неужели и правда не понял? — удивился Гуош, впрягая одну из пяти лошадей в телегу, — Кто-то из гильдии воров нас слил. Когда мы ходили к трактирщику, там недалеко ошивался кто-то из гильдии, он послал человечка к связному, а тот уже сообщил Думхаку, — перевел он слова разбойника на нормальный русский язык.

— Все, хорош, — спустя минут пять скомандовал Гуош, когда с упряжью было готово, — берите по одной оставшейся, запрыгивайте и погнали, пока эти не воскресли, — сказал и первым запрыгнул на вороного жеребца, к которому повязал поводья лошади с телегой.