– Это Корд и Райли. Мои мужчины.
– Мэм, – сказал тот, что покрупнее, окидывая взглядом мой наряд, но ничего о нем не сказал.
– Здорово наконец-то сопоставить лицо с кучей документов, – добавил второй с улыбкой. Это был Райли Таунсенд. Адвокат.
– Дай им зайти внутрь, Котенок, – пробормотал Бун, все это время стоявший позади меня.
Я отступила и Бун провел их в зал. Джеймисон поприветствовал мужчин, взглянул на меня, а затем на Кэди.
– У Буна новый кемпер. Вы уже его видели?
– Я слышал про квадроцикл, – сказал Корд, потирая руки.
Бун наклонил голову.
– Я покажу вам и то, и другое. Давайте дадим дамам время, чтобы познакомиться ближе.
Он подмигнул мне, а затем повел мужчин через кухню в гараж. Когда дверь захлопнулась, Кэди резко повернулась ко мне и взяла меня за руки.
– Рассказывай.
Я нахмурилась.
– О чем именно? – Нам ведь предстояло рассказать о всей нашей жизни. С чего же мне начать?
– О том, почему на тебе мужская рубашка и больше ничего. Почему ты тут с Буном и Джеймисоном. Только не говори мне, что вы, ребята, играли в Скрэббл.
– Так заметно, что на мне нет лифчика?
Она кивнула головой.
– Только потому что у меня самой большая грудь. Я тоже в этом клубе.
– Мне лучше бы одеться, – сказала я, поворачиваясь в сторону спальни.
– Я пойду с тобой, – и она последовала за мной, не отставая ни на шаг.
Мои вещи были аккуратно сложены на мягком кресле возле большого окна. Кровать была застелена. В комнате не было и намека на то, что кто-то здесь занимался сексом, благослови Боже педантичную душу Буна. Я хотя бы не чувствовала такой жгучий стыд.
– А что со Скрэбблом?
Она засмеялась и скрестила руки на груди.
– Джеймисон и я однажды играли в Скрэббл. Он в этом просто монстр, предупреждаю.
– Оу, – я представила, как он играет в настольные игры. По всей видимости, мне предстояло многое узнать о нем. Об обоих моих мужчинах.
– Судя по тому, как ты краснеешь, то не было никакого Скрэббла. Я хочу услышать все подробности, – сказала она, садясь на край кровати.
– Разве тебе не хочется узнать про то, как я училась в школе или как проколола уши? – возразила я.
Она пожала плечами.
– Позже. Сначала я хочу узнать все пикантные подробности.
Я отнесла все вещи в ванную и положила их возле раковины. Я лишь прикрыла дверь, чтобы переодеться. Я сняла с себя рубашку Буна и надела нижнее белье, а затем юбку.
– Уверена, что ты можешь легко догадаться. Я в доме Буна, на мне его рубашка.
– Милые гольфы, – заметила она, когда я надела свою блузку. – Я переспала с Кордом и Райли в день, когда мы познакомились.
Мои пальцы застыли над пуговицами. Я повернулась к ней и стала в дверном проеме, ошеломленная такой неожиданностью.
– Правда?
Она хитро улыбнулась мне и ее щеки порозовели. Тогда она кивнула.
– И под «переспала» я имею в виду дикий, животный секс на крыльце главного дома на ранчо.
У меня отвисла челюсть. Я подумала о том крыльце, о милой Кэди, которая вот так занималась сексом на улице… с двумя громадными ковбоями. Судя по всему, глубоко в Кэди жила развратница, и это означало, что и мне можно было задуматься о том, была ли и я втайне такой. Осознать, что и мне можно быть такой.
– Ох. Эм… вау.
Я не могла подобрать слов. Я была очень образована, но из-за такого признания я могла выдавить из себя лишь междометия.
– А что насчет тебя? – она подняла бровь и пристально смотрела своими шальными зелеными глазами.
Я принялась снова застегивать пуговицы на блузке, просто чтобы не встречаться с ней взглядом.
– Ну… эм, мы встретились, когда я впервые приехала в Монтану. Я познакомилась со всеми парнями с ранчо. Мы просто обменялись любезностями, ничего особенного. Я не видела их больше – Джеймса и Буна, имею в виду – до прошлой ночи в Шелковой Шпоре. Я… я не могу понять, как это случилось. Как мы случились. Это безумие. В смысле, я переспала с ними, хотя мы были знакомы всего-то час.
Она встала с кровати и махнула рукой, как будто это не было чем-то странным.
– Учитывая, как они на тебя смотрят? – она обмахнула себя рукой словно веером. – Очевидно, что они действительно хотят тебя. И я не говорю про секс и прочие штучки.
На самом деле, я не говорила ни с кем о сексе или о том, что его у меня не было. В какой-то момент я стала слишком взрослой, чтобы заводить подобные разговоры. Мои подруги из колледжа уже давно занимались сексом, и задавать им вопросы по этому поводу было уже слишком поздно. И не то, чтобы моя мать когда-либо поднимала эту тему. Она лишь потребовала, чтобы я всегда вела себя благоразумно и не опозорила честь семьи.