И я вела себя так, потому что Джеймисон был прав. Я горела по нему. И по Буну. Я желала их всем сердцем, и это все меняло. Они заставили меня осознать, что все это время я барахталась в повседневности и не жила своей жизнью. Наконец я знала, чего хотела, и я собиралась заполучить это. «Этим» был агрегат Джеймисона. Я желала его, желала разделить эту страсть с ним, почувствовать эту связь между нами.
И я не была бесстыжей. Я не была бесстыжей, потому что брала то, что хотела. Я чувствовала, что это было… правильным.
Я заставила его потерять голову настолько, что он перетянул меня через панель управления прямо к себе на колени. Сквозь сжатые зубы, он сказал мне делать с ним, что захочу. С шикарным, мускулистым ковбоем. С сильными руками, мощными бедрами и толстым инструментом. Этот мужчина, который легко мог пересилить, обидеть или убить меня, лежал смирно и ждал, пока я не возьму у него то, что захочу.
Поэтому я собралась воспользоваться этим приглашением.
Когда я только опустилась на него, то почувствовала, что вся горю, как моя промежность мучительно растягивается от того, что меня снова наполняют. Я подвигала бедрами, чтобы полностью принять его в себя. Но очень быстро, в одно мгновение, это распирающее ощущение сменилось наслаждением. Каким-то образом, Джеймисон касался всех тех точек, которые дарили мне удовольствие, и я была на грани.
Я и раньше была близка к этому, ведь эти двое дразнили меня весь день своими прикосновениями, словами, грязными обещаниями того, что они собираются сделать со мной. Я была настолько близка, что внутренне послала все к черту и набросилась на Джеймисона.
Я захохотала, запрокинув голову, и наслаждалась тем, как его большой агрегат был глубоко во мне, как я могла взять у Джеймисона то, что хочу. Возможно кому-то секс с ним мог показаться… подавляющим. Они с Буном были доминантными мужчинами. Но сейчас я чувствовала, что все было наоборот. Впервые в жизни я чувствовала себя свободной. Они приняли меня такой, какой я была, хотели быть со мной, и судя по тому, что они постоянно были возбуждены, они хотели меня. Сейчас Джеймисон дал мне возможность изучить свои желания, понять, чего я хочу. И даже использовать его.
Я сжалась на нем, почувствовала его жар, и то, как я вспотела от такого простого движения. Он был очень глубоко. Он вошел в меня до упора под этим углом – я знала это, учитывая то, что сидела прямо у него на коленях. Он крепче сжал мои бедра, но никак не заставлял меня двигаться.
– Котенок, – сказал он низким голосом. Он впился в меня взглядом своих серых глаз, как будто предупреждая. О чем именно, я не знала.
Я хитро ухмыльнулась.
– Что?
Тогда он поднял руки, но не для того, чтобы заставить меня двигаться. Он схватил мою блузку и разорвал ее. Пуговицы не могли противостоять его силе и разлетелись во все стороны. Его глаза вспыхнули, когда он увидел мою грудь в кружевном лифчике.
– Оседлай меня и скачи. Я хочу смотреть на то, как эта шикарная грудь прыгает, когда мы достигнешь пика.
Я почувствовала, как стала еще мокрее от его грязных словечек. Тогда я решила пощадить его – нас – и начала двигаться. Двигать бедрами вверх, вниз. Снова и снова, пока я не почувствовала, что близка к оргазму. Я скакала все быстрее и быстрее, стремясь к наслаждению. Мои ноги потом будут ныть, словно от тренировки, но это будет позже… гораздо позже.
– Джеймисон. О боже, я сейчас… да, черт, так хорошо.
Я была настолько одурманена желанием достичь разрядки, что не заметила, как он переместил руки. Он прижал палец к моему заднему проходу и начал описывать им круги. Второй рукой он обхватил мою грудь и ущипнул через лифчик мой твердый сосок.
– Джеймисон! – мои глаза раскрылись и я увидела, как сузились его глаза. Увидела, как сжалась его челюсть и покраснели щеки.
– Вот так?
Я понятия не имела, что у меня было так много нервных окончаний… там, что это будет так приятно.
– Черт, да, – вскрикнула я. Я не могла не сжаться на нем, мысленно оставляя всякую борьбу и позволяя своему телу взять верх.
Он отстранился, схватил мои бедра и поднял меня.
– Что…
– Развернись.
Я перекинула свои ноги так, что они оказались над его талией. Это было нелегко в таком маленьком пространстве, но я наконец оседлала его, сидя лицом к лобовому стеклу, как будто я вела пикап. Я положила руки на руль. Джеймисон провел пальцем по моей промежности, неглубоко засунув его внутрь, а затем вытащил его и опустил меня на свой инструмент. Под этим углом, он касался всех точек удовольствия. Я застонала, радуясь тому, что он снова заполнил меня.