Я заерзала снова, и мои ноги прилипли к твердому сиденью.
– Что вы хотите знать?
– Все, – сказали они одновременно.
Мои брови взметнулись вверх.
Бун наклонился ближе и поставил локти на стол. Он неотрывно смотрел на меня своими темными глазами. Даже не моргая. Я сглотнула, облизнула губы, а он внимательно смотрел на мои действия.
– Ну, я из Северной Каролины. Только закончила магистратуру.
– Ты довольно юная для такого, – сказал Джеймисон, а потом сделал глоток своего кофе. Он скривился и поставил стаканчик обратно на стол.
– Мне двадцать два, – возразила я. – Я перескочила третий класс.
– Ты росла только со своей матерью? – спросил Джеймисон.
Я покачала головой и заправила волосы за уши.
– Моя мать вышла замуж за моего отчима, когда она была беременна мной. Я это только недавно узнала. А думала я, что сначала было кольцо на пальце, и что Питер Вандервелк на самом деле был моим отцом, но все оказывается совсем не так.
Я перевела взгляд со стаканчика кофе на мужчин. Они внимательно смотрели на меня, но ничего не говорили. Ждали, когда я заговорю дальше.
– У него есть трое старших детей от предыдущего брака. Двое сейчас работают врачами, а третья – адвокатом.
– Впечатляет, – нейтрально ответил Джеймисон.
Я подумала про Кайла, Райана и Эвелин. Их целеустремленность действительно впечатляла. Нейрохирург, торакальный специалист и самая молодая женщина-партнер в адвокатской конторе в Шарлотте, Северная Каролина. Я пожала плечами, потому что хоть они и были блестящими специалистами в своих сферах, они были не очень приятными людьми.
– Твоя мать случайно не та самая конгрессвумен Вандервелк? – спросил Бун.
Я улыбнулась уголком рта.
– Ты искал обо мне информацию, как и я о вас.
Он кивнул. На самом деле, я была даже рада тому, что они уже знали некоторые вещи и мне не нужно было пускаться в детали. Мне не нужно было говорить им, что моя мать соврала, и не только мне, а всему миру, о том, кто же на самом деле мой отец. Что ей было гораздо важнее сохранить лицо перед электоратом, чем рассказать мне, родной дочери, всю правду.
– Почему вы хотите услышать то, что уже и так знаете? – озвучила я свое удивление. Я положила руки на колени, вытирая потные ладони о юбку.
– Потому что я хочу услышать это от тебя, – просто ответил Бун.
Я вздохнула.
– Да, моя мать – член Конгресса. Мой отчим – проректор медицинского университета в Шарлотте. Пафосные титулы пафосных людей.
– Ты занимаешься наукой, – добавил Бун.
Я удивилась, что он не стал дальше расспрашивать о моих родителях. Так поступало большинство людей. Они либо хотели что-то от них, либо хотели хотя бы закрепить связь с ними через меня.
– Да, мой предмет – глубинное геологическое строение.
Они оба внимательно слушали, не отрывая от меня взгляд, как будто я была единственным человеком в округе, единственным, что было достойно внимания. Не парень, который спрашивал дорогу у кассира и не гудки бензоколонок.
– Я провела много месяцев в Исландии, чтобы закончить мою магистерскую, не буду утомлять вас подробностями об этом. По этой причине я не знала о наследстве или об Эйдене Стиле. Ничего из того, пока не вернулась домой. Письма все это время лежали в почтовом отделении.
– Я изучал столько всего в медицинском училище, но я понятия не имею, что такое глубинное геологическое строение. – Сознался Бун совершенно открыто. Они оба были честны в этом. И я их действительно интересовала. То, какой я была в жизни. Тут не было и речи о налаживании связей с целью добраться до моих родителей.
– Глубинное геологическое строение? В двух словах: нефть и газ.
Джеймисон потер шею. Я не могла отвести глаз от того, как взъерошились его короткие волосы, создавая яркий контраст с загорелой кожей. Я гадала, были ли они мягкими на ощупь, была ли его кожа теплой, какой она будет, если прикоснуться к ней губами. В моей голове роились все эти горячие, отвлекающие мысли. Они поселились там сразу после того, как я встретила Буна и Джеймисона. Я никогда еще не встречала парня привлекательного настолько, чтобы заняться с ним сексом. До этого момента. Конечно, я знала красивых парней, но никто из них меня действительно не зацепил. А теперь, как снег на голову, мое спящее либидо решило выйти из спячки. Словно ребенок, объевшийся сладкого, оно было полно энергии и рвалось наружу. Я хотела Джеймисона. Я хотела Буна – и я не особо знала, что с этим делать. Я понятия не имела, как соблазнить мужчину, не говоря уже о двоих.
– С таким образованием можно сделать хорошую карьеру, особенно в этих краях.