— Ну так что? Ты расскажешь? — раздалось просительное из-за спины.
— Ир, вот что ты хочешь услышать? — я обернулась и уже в сотый раз, как скороговорку, произнесла: — Ничего такого Дима не сделал. Как обычно, вцепился в свою железку и пошел искать несметные богатства. Я решила поставить палатку и пошла к машине, зацепилась за корягу и упала в овраг. Там у Димы, который прибежал меня вытаскивать, зазвенел его Витас. И он, Дима, а не металлоискатель, полез в какую-то дверь в холме. Внутри были сундуки с золотом, а еще парень с хвостом вместо ног. Дима его огрел по голове своей железякой, и мы уехали. В какой-то момент Дима ушел в несознанку и решил «забыть» все произошедшее. Почему нет? Каждый со стрессом по-своему борется.
Я махнула рукой. Поведение парня, по мере приближения к городу озадачивало, но не настолько, чтобы сильно переживать по этому поводу.
Ира подошла поближе, с беспокойством вглядываясь в глаза, и обхватила мою голову руками.
— Лер, может, ты головой треснулась, когда падала?
— Сколько раз мне тебе повторить, что все в порядке?
Прищурившись, она развернула меня в сторону.
— Не могу разобрать, у тебя тут либо грязь на волосах, либо кровь. Может, правда стукнулась? Или это Димка тебя в овраг столкнул? Ты только скажи, я сама его уроню.
— Синицина, это ты с ума сошла, — вздохнула я, глядя на разозлившуюся подругу. — Зачем Диме меня сталкивать?
— Мало ли. Например, студию твою хочет себе захапать.
— Мы не в браке, а квартира в ипотеке, — фыркнула я на ее предположение, но все же дотронулась до своей головы, может, и правда ударилась?
Волосы ощущались странно, будто на них что-то было. Подойдя к зеркалу, я присмотрелась, нажала чуть выше виска, где на волосах что-то налипло, и тут воскликнула:
— Черт! Болит!
Не задумываясь, я включила воду в раковине и сунула голову под теплую струю. Вроде не щипало.
— Удобно. Волосы можно прямо здесь мыть. Теперь я понимаю, почему ты так стрижешься.
— Могу хоть сейчас тебя подстричь. Хочешь?
— Нет, спасибо. Вдруг ты контуженная? Одно неверное движение, и будут меня считать фанаткой Ван Гога. Показывай уже, что там у тебя.
Подруга переминалась с ноги на ногу, глядя, как я аккуратно промакиваю волосы протянутым ей полотенцем.
— Не томи, Лер. Ты вообще чувствуешь боль, головокружение, тошноту?
— Как ты точно все описала! Именно это и чувствую. Но обычно только на работе и только от глупых вопросов. Ну, что ты так на меня смотришь? Мы-то дома и вопросы у тебя умные.
Пододвинувшись к зеркалу, я присмотрелась. Волосы относительно чистые и мокрые, а больше ничего разглядеть и не удавалось.
— Эх, сразу на свету надо было рассматривать. Ир, глянь сама, раны нет? — я обернулась к подруге, но тут краем глаза заметила что-то позади себя.
Жестом попросив Иру подождать, я медленно повернула голову обратно к зеркалу и замерла.
Поверх вполне обыденного отражения ванной проступала фигура того самого парня со змеиным хвостом.
— Что за… ерунда? — прошептала, делая шаг назад.
Он иронично вскинул бровь, оценивающе оглядев с головы до пят, пока я пыталась побороть ступор. Его взгляд скользнул на мокрые волосы, на полотенце, повешенное на шею, на уже мою собственную, переодетую в машине, футболку.
Но странно затрепетал, будто парень пытался принюхаться, но через зеркало у него это, конечно, не получилось. Оно, если вы не знали, запахов не передает…
А знаете, что зеркало еще не показывает? Тех, кого в комнате нет и быть не может!
— Я сошла с ума. Какая досада… — едва слышно произнесла и вздрогнула, когда хвостатый посмотрел мне прямо в глаза, чуть склонив голову.
— Лера, ты меня пугаешь…
Плеча коснулось что-то теплое, и я едва не подскочила. Быстрый взгляд с расширенными от ужаса глазами, и выдох.
Просто Ира. Просто она убедилась, что я окончательно чокнулась.
— Я вижу этого, который со змеиным хвостом, — призналась ей.
— Которого вы с Димкой грохнули?
— Чего? — я аж перестала коситься на зеркало. — В смысле?
— Ну, по твоей версии, вы его два раза по голове железкой ударили, не удивлюсь, если он откинулся.
Я быстро перевела взгляд на зеркало. Рыжий на призрак похож был только своей бледной кожей и нереальностью. Но то, как он стоял, как иронично кривил губы, продолжая изучать меня и окружающую обстановку... Приличные приведения так не делают. Хотя кто их знает?
— Вроде живой, — отозвалась я, но как-то неуверенно. — Вроде даже дышит.