— Не нужно беспокоить Ольгу, — неожиданно возмущается он и встает с места. — Человек беременный, наверняка у нее свои дела. Справься как-то сама, выбери то место, куда сама хотела бы сходить.
Ух ты ж, мы умеем заботиться не только о себе? Или просто-напросто это подстава исключительно для меня? А ну как взъярится на меня за неудачно выбранное заведение?
За дурными мыслями я умудряюсь пропустить момент, когда директор обходит стол, приближается ко мне.
— Про цветы тоже лучше не спрашивать? — уточняю с милой улыбочкой. — И про подарок?
— Схватываешь на лету, мы с тобой определенно сработаемся, — ухмыляется он, выглядит при этом как ленивый кот. — Выбери что-нибудь эдакое…
Эдакое. Офигенное описание! Все сразу стало понятно…
— Денежный лимит на подарок какой? — аккуратно спрашиваю.
— Его нет. — Тарасов хитро на меня смотрит.
Киваю.
Направляюсь к выходу.
Начальник хочет эдакого? Будет ему эдакое. А понравится или нет — его проблемы.
Я уже почти выхожу из кабинета.
— Лиана, подожди, — зовет он меня.
Внутренне сжимаюсь от страха. Что еще ему от меня надо? Какой-то бесконечный рабочий день…
— Что-то еще, Назар Викторович? — интересуюсь елейным голоском.
Неожиданно он делает решительный шаг ко мне и говорит:
— Прежде чем пойдешь заказывать ресторан, хочу кое-что проверить…
О чем он?
Поначалу по собственной глупости и наивности я даже не понимаю, зачем генеральный приближается ко мне вплотную.
Не успеваю даже шагу ступить, как он хватает меня своей лапищей за затылок, фиксирует, затем властно прижимает к себе за талию. И вдруг наклоняет ко мне физиономию, впечатывает свои губы в мои…
Я настолько ошарашена, что даже не сопротивляюсь этому. А через секунду мир словно переворачивается с ног на голову от переизбытка эмоций.
Губы саднит от агрессивного поцелуя, который рождает острое, ничем не мотивированное удовольствие.
Но ведь Тарасов мне даже не нравится! Он хам, нахал и вообще мнит о себе слишком много, я ненавижу таких типов…
В то же время мне дико приятно с ним целоваться.
Кое-как собираю в кучу разбежавшиеся мысли, упираюсь ладонями в мощную мужскую грудь. Пытаюсь отпихнуть от себя наглеца, который отчего-то решил, что ему можно приставать к секретарше. А он и на сантиметр не поддается.
Отлипает от меня лишь когда решает сам.
Когда он наконец прекращает таранить мои губы своими, я с трудом вспоминаю, как надо дышать.
— Понравилось? — спрашивает он с наглой ухмылкой.
После поцелуя я не могу прийти в себя еще добрых несколько секунд.
Стою, как овечка пялюсь на директора и не понимаю, как надо себя вести.
Я — девочка взрослая, мне двадцать шесть. Разное было в жизни, но чтобы такой откровенный съем… Такого со мной точно еще не случалось.
Чувствую, как у меня начинают гореть щеки. Поди, красная как рак.
Тарасова мои реакции тела определенно забавляют.
— Так понравилось? — продолжает он усмехаться.
А мне хочется врезать ему по лицу. Выдать смачную такую пощечину, чтобы стереть это высокомерное выражение. С чего он вообще решил, что имеет право меня целовать?
— Это харассмент! — Я щуру взгляд.
— Еще какой… — Он ничуть не смущается, складывает руки на груди и с удовольствием меня рассматривает.
Дикое напряжение, какое я испытывала целый день, неожиданно дает о себе знать, и меня прорывает:
— Вы же только что просили меня забронировать ресторан для вас и вашей девушки…
Назар Викторович смотрит на меня, как на болезную, разве что у виска не крутит.
— Ресторан для нас, — поясняет он вкрадчивым голосом. — Сейчас ты все закажешь, выберешь себе подарок, какой захочешь, и мы пойдем ужинать. Потом ко мне. Если меня все устроит, завтра утром обговорим все условия на долгосрок.