У-у-ух…
— Да не переживай ты так, — машет рукой муж. — Деньги дело наживное. Зато ты теперь со мной не разведешься. Потом мне еще спасибо скажешь, что я разрушил твой план.
Мне хочется орать в голос.
А ведь у меня и вправду был такой план.
Я детально обсудила его со своим адвокатом.
Я в банке на хорошем счету, поскольку исправно плачу ипотеку и до этого кредиты платила тоже исправно. И зарплата у меня была на прошлом месте ого-го. Регулярно капала на зарплатную карточку.
В общем, при помощи знакомых мне удалось практически без проблем получить кредит в шесть миллионов.
План был таков: покрыть этими деньгами ипотеку, чтобы иметь возможность продать эту гребаную двушку в спальном районе. А после погасить кредит. Я бы даже вышла в плюс и получила какие-то деньги на новую жизнь. Ведь квартира на сегодняшний день поднялась в цене, и я легко смогла бы получить за нее семь миллионов. А банку должна лишь шесть. Да, половину мне пришлось бы отдать Павлу при разводе. Но мне уже было плевать на это.
Конечно же, муж мог наложить вето на продажу квартиры, ведь я брала ее в ипотеку, уже будучи за ним замужем, так что это совместно нажитое. И при условии, что я погасила бы ипотеку, квартира все равно могла бы остаться тем камнем преткновения, который держит нас вместе. В таком случае на мне продолжал бы висеть шестимиллионный кредит.
Но… В нашем государстве, слава богу, пополам делится не только совместно нажитое, но и совместно потраченное. Этот кредит разделили бы между нами, поскольку деньги я потратила бы на общие семейные нужды. Как объяснил адвокат, в этом случае кредит делится поровну между супругами. И тогда банковская служба безопасности так взяла бы Пашу за яйца, что он согласился бы на все, лишь бы вернуть деньги.
Там люди серьезные. Ведь три миллиона долга — это вам не айфончик в кредит.
А так продали бы квартиру, получили деньги, и конец разделу имущества.
Пусть бы Павел заглотился своей долей, хотя за квартиру он ни копейки не заплатил, все я.
Да, да, он меня именно так сильно задолбал за восемь лет совместной жизни!
Дело даже не в изменах, о которых я узнала не так давно. С ним попросту невозможно жить! Он либо в депрессии, либо гуляет. Но никогда у него нет ни копейки в семейный бюджет. Зато себе на брендовое шмотье — пожалуйста. И я понятия не имею, где он берет деньги на свои хотелки. Даже за коммуналку никогда не заплатит. Ребенку шоколадку никогда не купит.
Я не знаю, откуда он вообще узнал про мою задумку, ведь я должна была ему все озвучить завтра на встрече с адвокатом. Чтобы при свидетелях…
— Я тебе нужен, — говорит Павел. — Ты со мной не разведешься. Аленку домой верни, че девочке делать у бабки?
Наверное, сейчас мне нужно было поступить по-взрослому. Развернуться и просто уйти. И сразу в полицию.
Потому что меня обворовали! И электронный след есть.
Кто это такая, Анна Астафьева, которой я якобы перевела деньги? Очевидно, что никакой связи между нами нет, у меня даже нет знакомых с таким именем и фамилией. Очевидно же, что мошенничество!
Да, наверное, мне стоило с минимальными потерями выйти сейчас из квартиры и топать в отделение.
Но…
— Ублюдок! — ору на мужа не своим голосом.
А потом и вовсе бросаюсь на него с кулаками.
Да, я, девушка весьма скромных объемов, рост метр шестьдесят и вес пятьдесят три килограмма, с пустыми руками бросаюсь на здоровенного бугая, коим является мой муж. Точнее, бросаюсь с кулаками. Что есть силы вминаю эти кулаки ему в грудь.
— Ты что наделал, гад? У нас же дочка! Ты о ней подумал? Ты хоть раз в жизни о ней подумал?!
Надо сказать, Павел почти достойно выдерживает град моих ударов в грудь. По ходу дела, они для него — что комариные укусы.
Наконец он хватает меня за руки, останавливает и говорит:
— А что дочка? Нормально с ней все будет, мелкая еще, че ей надо там…
— Ей, вообще-то, семь лет!
— Какая разница…