И правда, какая разница. Что там надо-то новоявленной школьнице? Всего лишь… все.
Я резко замираю.
Действительно, с Аленой все будет нормально. Потому что Лиана опять ужом извернется, что-нибудь эдакое придумает, и с ней все будет нормально. Пока Паша опять что-нибудь не вычудит. И так по кругу…
— Подонок! — ору что есть силы.
Выворачиваю свои запястья из его лапищ и снова луплю его куда только вижу.
Визжу на ультразвуке и луплю…
Долго это делать он не позволяет.
Снова хватает меня обеими руками за запястья, припечатывает к стене своим телом.
Цедит:
— До гроба вместе, как клялись на свадьбе, помнишь?
Смешно, но в восемнадцать мне это виделось дико романтичным. Зато в двадцать шесть кажется проклятием.
Не понимаю, как у меня это получается.
Я просто сгибаю коленку и со всей дури, на какую только способна, врезаюсь ею между его широко расставленных ног.
Эффект получается оглушающий.
Павел меня отпускает, визжит, как девочка-танцовщица, прижимает руки к своим причиндалам и сгибается пополам.
— С-с-сука… — орет он.
Я — сука, да. И я еще докажу ему, насколько.
Понимаю, что времени у меня чуть.
Отскакиваю к двери. Хватаю дубленку и сумочку с телефоном. Сую ноги обратно в сапоги, вылетаю из квартиры.
Игнорирую лифт и бегу что есть силы к лестнице…
Глава 4. С — совесть
Назар
Ближе к вечеру, когда основной пласт дел уже сделан и есть время перевести дух, я поудобнее устраиваюсь в кресле с чашкой кофе.
Прокручиваю в голове все случившееся.
За день я изрядно поостыл, но, разумеется, не забыл про утреннее происшествие с Лианой.
Дико, но даже после стольких лет меня будоражит одно только имя.
Как наркоман за дозой, лезу в облако, где храню фото. В том числе и старые, двенадцатилетней давности. Где Лиана еще такая юная, до одури сладкая, прогуливается со мной от дома до работы. На самом фото она позирует мне со стаканчиком кофе, который я для нее купил, улыбается. Летнее утро радует хорошей погодой и настроением.
Обалденное фото, никогда его не удалю.
С помощью этого фото я иногда путешествую в прошлое. Хожу в гости к себе восемнадцатилетнему, когда Лиана хоть немного и совсем недолго была моя.
Давлюсь эмоциями…
Как я был влюблен в нее в школе!
Аж трусы дымились, стоило ее увидеть. Мозг напрочь отключался, только тем и занимался, что вызывал ее на эмоции. Любые! Плохие, хорошие, я был всеяден, мне годилось все. Точнее, хороших-то эмоций в мой адрес она почти никогда не выказывала. Оно и неудивительно было, учитывая, с каким упоением я ее троллил каждый день.
Мы с ней встречались всего ничего. Несколько недель после того, как закончили школу. И это было в эмоциональном плане самое кайфовое время для меня.
Бля… Мне тридцать лет, и за эти годы я и близко ничего подобного не испытал.
До сих пор холостой, детей нет, живу работой.
Потому что когда-то в сердцах пообещал, что вырвусь из грязи в князи.
Вырвался.
Разве это что-то изменило в моей жизни? Резко стал безумно счастлив? Да ни хрена.
Конечно, я не жалуюсь. Я люблю свою жизнь, доволен достижениями в бизнесе.
Но…
Я до сих пор ненавижу эту суку за то, что она сделала меня эмоциональным кастратом, неспособным больше влюбиться.
С девками проблем нет, разумеется. Сексом занимаюсь регулярно. Но чувств при этом ни-ка-ких…
Лиана передо мной по гроб жизни виновата, морально меня уничтожила когда-то. Одним лишь фактом, что выбрала в мужья не меня.
Ее жених, Вардан Агдаян, на тот момент обходил меня по всем параметрам. Был старше, солиднее, уже богатый, опять же знатно проехался ей по ушам, наобещал золотые горы.
Естественно, тогда она выбрала его, а не желторотого студента — меня, у которого в кармане вошь на аркане.
На ее месте я бы, может, тоже так выбрал, будь я восемнадцатилетней беременной свиристелкой.
Но…