Забегаю в раздевалку и перевожу дыхание. Сердце вот-вот выскочит от нервов и волнения. Как другие девчонки вывозят каждую смену в Випках?
Достаю телефон и проверяю наш с мамой чат. Там уже привычный отчет, который мама присылает мне каждый вечер. Что ела, принимала ли лекарства, приходил ли доктор.
Пробегаюсь глазами по сообщениям и прикусываю губу. Когда-нибудь я смогу перевезти маму сюда, поближе к себе. Потому что не собираюсь возвращаться в свой городок.
Но и тут у меня пока ничего нет, кроме должности простой официантки и кровати в общаге.
Но сейчас я не в силах ничего изменить. Нашу небольшую квартирку даже если продать, то тут, в мегаполисе, ничего не купишь. А жить маме нужно где-то.
К горлу подкатывает ком, как всегда, это бывает, когда я думаю о маме. И о том, как сложилась наша жизнь.
Беда застала нас неожиданно. Когда умер отец, мама как-то резко сдала, но я это списывала на то, что она так тоскует по папе. Как оказалось – нет. Это была прогрессирующая болезнь.
— Ты чего? — в помещение заходит Сара. — Норм все?
Я резко убираю телефон. На автомате получается, потому что никто не знает о моих проблемах, и я не хочу, чтобы кто-то знал.
Киваю. Обхватываю себя за плечи и пытаюсь отогреться. Но у меня словно кровь застыла в венах, а перед глазами тот самый взгляд блондина.
Я сама не могу понять, почему он меня так напугал?
— Нормально, просто непривычно мне там, — киваю в сторону випок.
— Да уж, приятного мало.
Усмехаюсь и качаю головой.
— Это нам, а девочки очень даже не против там покрутиться.
Сара тоже смеется. Достает из шкафчика вейп и парит. Тоже вижу, что уставшая, но ничем помочь ей сегодня не могу.
— Народу много?
Сара кивает. Прикрывает глаза и откидывается на шкафчик.
— Полная посадка, хоть и четверг.
— Кого это останавливало?
Мы смеемся, а потом браслет на руке вибрирует. Я резко замолкаю. И смотрю на аксессуар официанток так, словно он сейчас меня укусит.
— Мне пора, — загробным тоном сообщаю Саре и иду в Випку.
Снова вдох и выдох, прежде чем зайти.
Боже, дай мне сил пережить эту смену. Хотя, у меня теперь нет никаких гарантий, что Артур не будет меня пихать в эти Випки при каждом удобном случае. Он нащупал мое слабое место и не побрезгует на него давить.
— Готовы сделать заказ? — стараюсь держаться в тени, чтобы Адамиди не увидел меня.
Блондин снова косится на меня, но он сидит на этот раз подальше. И мне даже от этого легче дышать.
Все по очереди делают заказы. Алкогольные напитки, закуски, салатики для дамочек.
Когда очередь доходит до Власа, я тоже уверена в том, что он закажет что-то из алкоголя, но…
— Мне мохито безалкогольный, — раздается его низкий голос, — и шашлык двойной.
— Влас, мужик, да расслабься, что ты как монах? — ржет кто-то из его компании.
Адамиди награждает говорящего таким взглядом, что даже мне становится не по себе. Я крепче сжимаю телефон, на котором набираю заказ, и смотрю на напряженное лицо Власа.
Хм-м, а что у нас за история с алкоголем?
— Дэн, я ж не диктую тебе, что заказывать. Отъебись от меня, окей?
Парень, которому адресована эта реплика, поднимает руки и громко хохочет.
— Это все? — привлекаю к себе внимание компании.
Но только потому, что мне хочется поскорее отсюда смотаться.
Мне кивают, и я с чувством выполненного долга сваливаю. У меня будет несколько минут, пока бармен будет готовить напитки.
Очередная передышка.
Я передаю заказ из своей випки бармену и присаживаюсь на стул. Не так уж много возможностей за смену, когда вот так можно просто присесть. Это, наверное, один из плюсов Випки. Тут нет столько клиентов, и заказы только от одной компании.
Но даже с этим плюсом я не готова переходить сюда на постоянку.
— Долго ещё, Саш? — обращаюсь к бармену.
— Минут пять.
— Я отойду. — Показываю в сторону уборных.
Саша кивает, и я направляюсь по узкому коридору в сторону туалета.
Меня резко дергают и прижимают к стене, из-за чего перед моими глазами темнеет от страха…
Глава 6
Варианта два: Адамиди или тот блондин, который за недолгое время успел ко мне прицепиться раза четыре.
Оба варианта мне не нравятся. Но я все ещё не могу понять, кто же меня схватил. Потому что прижимаюсь я грудью к стене, а на затылке, к сожалению, нет глаз.
Дергаюсь, чтобы высвободиться из-под веса неизвестного. Но там, за мной, как будто скала. Даже не двигается с места.