— Так много прислуги?
— Это не все.
— Интересно, — прокомментировала я, здороваясь с кухаркой, дворецким и горничными, — украдкой посматриваю на МЧ. В голове проносится мысль: «И зачем ему столько обслуживающего персонала? Привычка окружать себя зависимыми людьми или косвенная попытка избежать одиночества».
Он быстро обсудил насущные проблемы, дал указания по поводу ужина и обернулся ко мне.
— Шесть спален с отдельными ванными комнатами, четыре гостиные, кухня, столовая кабинет, холл и библиотека. — С блеском прорекламировал он.
— Плюс двухмаршевая лестница на второй этаж с верхним светом. — Добавила я озираясь.
— Как тебе? — он подошел ближе.
— Шикарно!
— Первое выражение твоего лица говорило об обратном впечатлении.
— Читаешь по лицам?
— Профессиональная наклонность. — Согласился МЧ.
— Хорошее качество. И давно оно у тебя проявилось?
— Возможно с рождения, всегда было интересно узнать, о чем думает собеседник.
— Вот как?!
— Да, так. Ты от ответа не уходи. — Он сжал мою руку. — Не нравится?
— Нравится.
— Тогда почему первая эмоция с твоей стороны была из разряда — «я так и знала».
— Потому что фасад классика, а внутри средиземноморский стиль. И, возможно, колониальный, так? — молчит, пришлось продолжить, — я не предполагала, что тебя привлечет этот стиль, все же ты производишь иное впечатление.
— Ты не ответила… — отстраненно заметил он.
— Ладно, ладно, он нежилой. Теперь доволен? — стойко выдержала его внимательный взгляд.
— Теперь да. И почему нежилой?
— А в нем мало живут или совсем не живут. Не видно признаков обитания.
— Грязной посуды, разбросанных вещей, факсов, дисков, немытых чашек из-под кофе, чулок, бигудей?
— Какое у тебя интересное представление о жилой среде. Где-то видел такой порядок?
— Допустим. — Ушел он от ответа. — Так что?
— Нет. Не о такой среде идет речь. Если присмотреться к фото в журналах по интерьерам, замечаешь одну характерную особенность. Помимо модного интерьера, идеального порядка и чистоты они обязательно чем-нибудь дополнены.
— Например?
— Шарфом или шляпой, женскими или мужскими туфлями, тапочками, связкой ключей в прихожей, полной дымящейся чашкой кофе на рабочем столе или журнальном столике. Чтобы вдохнуть «жизнь» используют сумки, барсетки, даже ночнушку повесят, чтобы выглядывала из-за дверцы шкафа. Детские игрушки.
— А еще щенков и кошек или намек на них: ошейники, миски для еды. — Не глядя на него, продолжила объяснять. — Агенты по недвижимости используют запахи. Так пара гранул ванили на разогретой сковородке распространяют по квартире запах, ассоциирующийся с выпечкой. У мужчин, кстати, это вызывает ощущение уютного дома, что способствует повышению продаж.
— Возможно. — Он устало опустился на диван, предложив жестом сесть рядом.
— Хорошо, давай на примере гостиниц. Заходишь в номер, а там нет картин, сувениров или каких-либо других мелочей, на подушке нет шоколадки, нет игрушки, открытки или букетика цветов, нет и изящно сложенного на кровати полотенца. Халаты и тапочки нерадушно ждут в ванной или на кровати, а сложенными лежат в ящике комода. Первое впечатление «тебя не ждут!». То есть гостеприимством не пахнет, впрочем, как и чувством обитания. Безликий номер.
— Полин, снимая номер, я бы не хотел ощущать его преемственности от прошлых посетителей.
— Ок, пример не из лучших, вычеркиваем. А в остальном понятно?
— Почти.
— Макс, не обижайся, — села рядом, прильнув к его плечу. — Привыкла, что куда ни приеду, отовсюду люди выбегают — обитатели. Ну, помимо моей квартиры, — нехотя добавила я.
— Вот и все, что меня смутило.
— Нас встретили экономка и дворецкий.
— Ага, и еще трое горничных. Но они работают, а не живут, а это совсем иное. — Макс вновь нахмурился. Пришлось идти на попятный. — Предлагаю замять.
— Замяли. Что же ты скажешь относительно своих апартаментов…
— Первым делом, что комнат у меня должно быть две, ты обещал. — Напомнила я, поднимаясь. Потянула его за руку. — Пошли, покажешь.
Когда Макс открыл двери я невольно, зажмурилась. Колорист изнасиловал цветовую гамму, наплевав на все основы сочетания. — Что это за цвет? Здесь недолго ослепнуть.
Он выключил подсветку стен, и комната, погрузившись в менее агрессивную среду, стала приветливее. Я тихо выдохнула и перестала щуриться.