— В этой штуке, — сказал Алекс, имея в виду экран кабины, класс защиты которого на роверах ММК соответствовал третьему, — должно быть полегче.
— Все равно нам надо шевелить чулками. Мы и так уже получили столько, что живем в кредит.
Алекс активировал двигатели. Приводная система отозвалась приятным глуховатым шелестом — Алекс отметил как приятно ему услышать звук который он, наверно, уже начинал забывать, к концу этих лет. Ровер упруго тронулся с места, колеса бесшумно покатились по полу ангара. Открылась четырехметровая диафрагма шлюза; вкатились в камеру, дождались смены замков — и вот снова пепел и серо-багровый мрак.
Магнитные возмущения стихли; пик, по крайней мере, прошел. Струящихся с неба частиц больше не было; само небо очистилось — насколько было возможно в этом аду. Рубиновый диск субкарлика медленно отлипал от мутного горизонта, заливая мир унылым призрачным светом, похожим на свет умирающего костра. Пепельная равнина простиралась до горизонта, изборожденная гребнями застывшей лавы, которые формировали причудливые узоры — будто гигантские змеи проползли здесь когда-то, оставив окаменевший след.
Звезда поднималась, температура повышалась — число в поле визора выросло до «+58,4».
— Появляются шансы еще и поджариться, — прокомментировал Виктор.
— Думаю опасаться нечего. До девяноста костюмных, думаю, вырасти не успеет. По идее, с конвекцией поднимется пепел, и здесь будут тучки, а под ними приятная прохлада.
— Не говори, просто курорт.
Далеко на юге, в свете восхода прорисовался откушенный конус действующего вулкана — над ним клубился дым, подсвеченный снизу раскаленной породой. Сканер ровера, следуя своему алгоритму пути, пускал машину хитрыми петлями. Скорость, несмотря на общую сложность трассы, была довольно высокой — до двадцати километров в час. ММК-420 проявлял качества благодаря которым, очевидно, заработал свою репутацию.
Магнитное сумасшествие напомнило о себе сразу — легкое давление в висках, слабое покалывание в конечностях, появился еще странный металлический привкус во рту. Однако сейчас, в экранированной кабине ровера, даром что по третьему классу, эффект был далеко не критичен.
— Намного лучше чем пешком, — заметил Виктор, озираясь по сторонам.
— Ровер — наша лучшая находка на станции, — согласился Алекс.
— Не знаю. Интегратор тоже неплох.
— Спору нет. Только тащились бы за породой сейчас ножками, и по дороге, возможно, наконец бы передрались.
— Вот и давай помолчим. И так в ушах звенит, что почти ничего не слышу.
Ровер уверенно катился по застывшей лаве, рассыпая сухой хруст, добросовестно доносимый микрофонами в уютную тесноту кабины. Слева, на западе, в километре от трассы, в багрово-пепельном мареве прорисовалась диковинная формация — будто башня из черного камня, метров тридцати высотой. Она стояла отдельно, окруженная плоской равниной. Похоже, вулканический столб — застывшая магма, которая когда-то заполнила жерло мини-вулкана, а потом окружающая порода эродировала. В таких условиях — явление, очевидно, частое (и неизвестно какие еще здесь бывают ветры).
Алекс подумал — насколько бесконечно разнообразны условия на планетах Галактики. Здесь, например, — безжизненная вулканическая зона по экватору и субэкватору (во многом, очевидно, провоцируемая излучением карлика), и в то же время — вполне населенные умеренные пояса, с жизнью которой хватает скудного света, и которой не мешает такое подавляющее соседство.
В двух километрах по курсу перспектива снова раскололась молнией. Кривой серо-фиолетовый ствол сверкнул над высоким камнем; даже через экран кабины и костюма нервы отреагировали волной колкой дрожи.
— Знаю про что сейчас думаешь, — Алекс посмотрел на Виктора.
— Не угадал. Сейчас думаю о том откуда те вмятины, видел, у шлюза?
— Да, кстати. Вот еще интересно. Чем надо было долбить в купол, чтобы его помять? И, продолжая тему, — почему внутри столько пепла?
— Верно, дыра. Кто-то долбил, и добился успеха.
Дорога до места добычи заняла меньше часа. Алекс, с некоторой нервозностью, следил за накопителем ровера — дельта расхода превышала ожидаемую. Будет очень обидно, после всех удачных находок, возвращаться пешком (при том, что нужно еще доставить килограмм пятьдесят, хотя бы, руды). Наконец в пепельной дымке прорисовался отрог кряжа, под которым находился выход инсидиевой породы.
Алекс остановил ровер в ста метрах от крутого склона. Выбрались на хрустящую лаву. Нужно было выложиться, и собрать нужную массу как можно быстрее, пока не возобновились проблемы. Звезда продолжала свой вязкий подъем в мутное небо. Воздух раскалялся и тяжелел.