— Номер два? — продолжил Алекс.
— Вулканическая активность. Насколько помню, — Виктор почесал переносицу, — она не должна зависеть от интенсивности магнитного поля напрямую.
Алекс снова улыбнулся. Планетарная магматология была факультативной, и вряд ли Виктор кроме собственно названия мог бы упомянуть в плане этой дисциплины что-то еще.
— Верно, — он кивнул. — Прямой связи нет. Вулканизм обусловлен тектоникой плит, перемещением магмы, и давлением газов в коре. Расположение вулканических зон на планетах зависит от механизма их формирования и места в системе. Здесь мы наблюдаем смешанный тип «три-А» — «три-Б». Планета сформировалась не из однородного протопланетного облака, а в результате касательного столкновения и последующей аккреции двух протопланет. Выброшенное вещество осело преимущественно в экваториальном поясе, и сформировало «кольцо» со своим радиоизотопным составом, который генерирует дополнительное тепло. Это создает область для аккумуляции тепла из недр, и зону структурной слабости, где постоянно происходят деформация и плавление пород. В отчете это должно быть указано… Или ты это тоже проигнорировал, двоечник? — Алекс улыбнулся. — В общем, увеличения магнитного поля даже на три порядка не хватит чтобы влиять на динамику магмы. Здесь должна быть другая причина. Номер три?
— Наши шестиногие друзья. Жизнь на этой точке присутствует только в умеренных, тропических, и субтропических поясах. Это я не проигнорировал, заверяю.
— Резюмируем, — Алекс кивнул, — магнитное поле взбесилось и выросло в тысячу раз. Вулканическая активность увеличилась на порядок за четыре года. Фауна обозначилась там где ее быть не должно. Ну? Продолжай, раз начал.
— Ничего особенного. Просто наш ящик закинуло сюда из Ноль-ноль-второго. А Ноль-ноль-два, если не знаешь, — в низшей группе вероятности по «воронкам». Шесть Секторов в которых за весь период мониторинга зарегистрировано менее полутора процентов от общего, по всей исследованной Галактике.
— Я что-то об этом слышал… То есть, если я ухватил тебя за правильный хвост, «воронка» которая закинула сюда наш ящик возникла так же не случайно, как весь этот пандемониум, здесь, за эти четыре года. Так?
— Приблизительно.
— Ну ладно. Мозги нам занять больше нечем, давай примем это за гипотезу. Добавляем номер четыре, и теперь всю эту ерунду будем рассматривать в комплексе.
— И не забываем про пятое.
— Да, верно, прости. Что наш ящик и закинуло сюда потому, что он оказался почти пустой. Тройка-четверка триплексов. В которых, будем предполагать, список разгадок нашему списку загадок.
— Если честно, — Виктор усмехнулся, — последний раз мне было так же интересно в детстве, когда я смотрел «Ветер Галактики», помнишь.
— Раз в неделю, с продолжениями? Еще бы. Мне думаешь не было? Реально интересная штука, говорю тебе как эксперт, да.
— Какова должна быть технология, чтобы так влиять на целую точку? Взбесить магнитосферу, вскипятить вулканическую активность, спровоцировать, как я понял, нештатные миграции фауны?
Следующие часы прошли в молчании. Виктор дремал, откинувшись на спинку кресла. Алекс следил за мерной сменой показателей на курс-мониторе и размышлял. Гипотеза о грузе СД-800, если окажется верной, объяснит все. Но что это могло быть, на самом деле?
Экспериментальное оружие, уничтожающее планеты? Вряд ли. Военные технологии Алекс знал неплохо — четыре года пилот-капитаном крейсера, в составе Особых, с соответствующим доступом, по всей форме «ноль», кое-что значили. Никакие разработки последних лет, даже в случае серьезного «что-то пошло не так», не смогли бы оказать такого влияния, в принципе. (Да и зачем оно нужно, такое оружие? С кем биться, таким-то образом? С инопланетянами, в духе того же «Ветра Галактики»? Инопланетяне существуют только в дешевых киноподелках, опять же.)
Вероятнее всего — экспериментальная технология. Но что это должно быть, такое, чтобы оказать такое-то влияние, в комплексе? Да что угодно, конечно… В наше сумасшедшее время даже предположить нелегко.
— Сколько еще? — Виктор проснулся и потянулся.
— Ты как моя бывшая, — Алекс усмехнулся. — Часы перед глазами, а ей обязательно надо спросить. Было.
— Вот тебе раз. Никогда бы не подумал, что ты можешь жениться!