Он обернулся к Виктору, который приближался от левого южного кольца — надевая и фиксируя шлем.
— Я так и подумал, что ты сыграл в дурачка.
— Удивительно как все эти вояки на него ведутся, — Виктор усмехнулся мрачно. — Будто человек еще детский садик не кончил, как вид.
— Так он и не кончил, — Алекс оглядел обезглавленные тела, лежащие в центруме как сломанные куклы, брошенные без нужды.
— Наверно. Тем более салажонок влепил весь разряд пачкой.
Алекс перевел взгляд на карабин высокого. ТТС-4420; модель отличная, интервал накопления всего полсекунды. Но даже с таким не нужно быть суперменом, чтобы успеть наказать рукожопа за ламерство — лепить все содержимое буфера одним «пуком». Странно — у них что, нормальных стрелятелей не нашлось? Или просто хотя бы не таких нервных?
Алекс вернулся к низкому, нагнулся, расцепил грудной клапан костюма. Защелка клацнула, открывая доступ к карману. Пальцы в перчатках нащупали что-то твердое, прямоугольное. Алекс вытащил коробок. Черный контейнер со сглаженными углами, размером сантиметров десять на шесть. Глухая матовая поверхность, без маркировки, без ничего. Выпрямился, глядя на черный контейнер в черной перчатке. Такая маленькая штука. Такая важная штука.
Затем прошел к торцу центрума, к панели терминала шлюзов. Положил ладонь на мигание желтого огня статуса. Мигание прекратилось; через четыре секунды желтый огонь сменился белым — ожидание авторизации.
Алекс посмотрел на Виктора, и вдруг ощутил какой-то идиотский холодок в ладонях и такую же непонятную слабость в коленях. Дыхание перехватило, сердце забилось. Обернулся к Виктору, протянул кристалл. Рука дрожала — едва заметно, но…
— Что-то у меня с нервами, — он перевел дух.
— Тридцать миллилитров коньяка перед сном пробовал? — Виктор принял кристалл. — Медленно, небольшими глотками?
— А что, помогает? — Алекс уступил место у сенсора.
— Извини, я уже забыл, что ты трезвенник.
— Да, но я читал, что мужчинам в медицинских целях принимать следует все-таки пятьдесят миллилитров.
— То есть что, женщина не человек? Врут опять.
Виктор шагнул к желтому огню, тоже немного помешкал, приложил контейнер к панели. Сенсор снова стал желтым…
Алекс почувствовал как сердце остановилось. Буквально. Удар — и пауза… Секунда. Две. Три. Четыре — положенное протокольное время. Огонь стал зеленым. Алекс не выдержал, присел на корточки — ноги не держали.
— Вот так, — Виктор присел рядом, сначала тоже на корточки, затем просто уселся, прислонившись ранцем к торцевой панели центрума. — Груз, вроде, — наш… Теперь что?
Алекс снял перчатку, потер ладонью щеки, нос, подбородок, ощущая как адреналин отпускает. Сердце снова забилось (вроде бы как), ровнее… Странно. Ничего подобного раньше не было. Старею? Еще этого не хватало… Он поднял взгляд на Виктора.
— Теперь? Теперь у нас проблема, опять. Двое мертвых здесь, но заходило четверо. Варианта три — либо где-нибудь рыщут, либо уже окопались в рубке, либо просто свалили. Надо думать.
— Откуда у тебя еще силы? — Виктор отмахнулся слабо. — Думать? Варианта три… Я так устал, что до трех досчитать не смогу. А ты еще какие-то варианты собрался думать.
— Ты не прав, — Алекс вздохнул устало. — Надо ведь придать всей этой кампании хоть какое-то логическое завершение.
— Решил исправить «тройку» по логике? — Виктор поднялся, придерживаясь за стену. — Тогда вот посылка. Доступ к грузу — у нас. Машина, — он оглядел угрюмый полумрак центрума, — тоже у нас. Я сильно сомневаюсь, что у них, — кивнул на обезглавленные тела, — найдется пилот класса хотя бы «два». Который сумеет оторвать ящик от подстилающей поверхности. Хотя бы. Это как бы не шлюп.
— Я как раз об этом и думаю, — Алекс тоже поднялся, чувствуя как ноги наконец обрели устойчивость. — Поскольку мертвую зону преодолеть нам не удалось… Ни на леталке, ни на каталке… И им, надо полагать, тоже не удалось… — он оглядел безголовых. — То нам остается убраться собственно с ней.
— Будем считать, «тройку» ты, да, исправил. Только пираты могут с этим не согласиться.
— Что исправил?
— Что убраться.
— Пираты могут идти к черту, — Алекс оглянулся на угрюмые глазницы шахт-ниш.
— И эти наши друзья в частности? — Виктор оглянулся за ним. — Вот здесь я с твоим вариантом «три» тоже не соглашусь. Вряд ли они позволят тебе вот так просто пройти в рубку и уволочь их собственность.
— А мы без разрешения.