Другие уточняли, что без внутренней помощи при этом не обошлось. Кто-то из команды СД-800 ввел в систему «червя», и судно вышло из транзита к заранее согласованной точке встречи. Таких умельцев, которые назывались «шакалами», в Галактике было немало — отдельная, что называется, индустрия, и очень прибыльная. Хотя восемьдесят миллионов — масштаб для «шакалов», насколько Алексу было известно, беспрецедентный. На такие деньги целая стая «шакалов» могла бы купить просто новую жизнь.
Третьи твердили о темных делах самой конторы. Что «СГК», Северная Галактическая компания, сама организовала исчезновение — как это обычно делается для мошенничества со страховкой. Что, то есть, и груза на борту никакого не было. А если и был, то такой что страховке не подлежит. И что «СГК» уже давно подозревается в работорговле.
Самые суеверные, в частности из экипажей дальнего действия — например разведчики, как сам Алекс, — усиленно травили традиционные байки про все эти легендарные ужасы. Про разломы в пространстве, которые засасывают корабли и выплевывают их в неизученные системы. Про «блохоловки» — транзитные зоны потерявшие выход. Про «воронки» — гравитационные аномалии, миниатюрные черные дыры, эти «чертики из табакерки».
Алекс, все же, в подобные байки никогда особо не верил. Но вот на мониторе перед ним разворачивалось действие — которое могло объяснить куда исчез грузоход.
Два шлюпа подошли к кораблю, инициировали стыковку. С битой сетью аллокации данных перехватить управление системой стыковки — дело, как говорится, пары минут.
А потом случилось невероятное.
Пространство вокруг судов начало искажаться. Скопление звезд на заднем плане стало размазываться, растягиваться, словно кто-то скручивал ткань реальности исполинскими пальцами. Искажения застремились к центральной точке, закручиваясь в воронку. Звезды размазывались кривыми полосами света, стереометрия пространства ломалась — словно законы физики впали в агонию.
«Воронка» — ЛНИС, локальная неустойчивость интразональных структур. Самое редкое и самое опасное явление в исследованном пространстве. Никто до сих пор не мог объяснить их природу. Возникают внезапно, и где угодно. Живут от нескольких секунд до нескольких минут. И исчезают так же внезапно как появляются, оставляя только вранье в логах телеметрии, и шокированных свидетелей (если те выживают).
Прогнозировать их невозможно. Все что можно сделать, если попал в зону «воронки», — молиться.
СД-800 потянуло к центру «воронки» сразу — его масса была в сотни раз больше шлюпов. И эта масса работала против него — «тяга» воронки, как очевидно, пропорциональна массе объекта. Шлюпы, пристыковавшиеся к грузоходу, быстро отстыковались. Но попытки уйти были напрасны — даже такая мелочь как шлюпы «СТ» была, как видно, обречена. Вот их тоже потянуло в воронку.
Затем СР-447, с которого велась фиксация, сделал разворот в плоскости рысканья и стал уходить. Изображение исказилось. Больше восстановить видеоданных анализатору не удалось.
Алекс откинулся в кресле. Сердце даже стало биться сильнее, словно он сам пережил катастрофу. «Воронка» — это… Это «воронка». Теперь он увидел ее своими глазами. Условно своими, но…
И главное. Тот самый СД-800. Значит он не был угнан или уничтожен. И вопрос теперь такой — что случилось дальше?
«Воронки» живут недолго — самые мощные существуют не более пяти минут, после чего коллапсируют. На их месте остаются лишь слабые гравитационные искажения, рассеивающиеся за несколько часов.
Попасть в «воронку» еще не означает верную гибель. У каждой из них есть свой радиус «горизонта событий». Если корабль не пересекает эту критическую черту, его не поглощает, а отбрасывает гравитационным рывком — правда, судно при этом может получить серьезные повреждения.
Алекс лично знал навигатора который пережил подобное. Тот управлял транспортником класса «МК» массой около тысячи тонн — конечно не таким крупным как грузоход на видео — и столкнулся с «воронкой» куда меньшей мощности. Его судно отбросило на несколько миллионов километров, но экипаж сумел дотянуть до подходящей точки, совершить аварийную посадку, и успел деактивировать поврежденный реактор — спасли и себя, и машину, и груз.
Значит, СД-800 тоже мог выжить. Мог быть выброшен воронкой куда-нибудь неизвестно куда, получить повреждения, да, но остаться целым. Достаточно целым чтобы сохранить функцию. Достаточно целым чтобы так же сохранить груз.
Алекс выпрямился в кресле, не отрывая глаз от застывшей картинки на мониторе.