Находку нашу мы, конечно, не оставили в тайне. Текст, записанный на таинственных листках, обсуждал форум виднейших ученых Солнечной системы. Однако ясность достигнута не была. Мнения разделились.
Высказана была масса предположений, но больше всего меня поразило выступление молодого киберолога с Венеры. Быстрой походкой взошел он на кафедру и внимательно оглядел битком набитый амфитеатр, щурясь от яркого света юпитеров.
– Есть у вас на линга-центре моделирующие машины, Ельена Викторовна? – вдруг обратился он к Лене, сидевшей рядом со мной в первом ряду, – она выступала как раз перед ним.
– Нет, – покачала головой удивленная Лена.
Киберолог был, казалось, разочарован ее ответом.
– И не было? – спросил он.
– Когда-то была.
Лицо киберолога просияло.
– Я так и думал! – воскликнул он. – Кольеги! – чуточку торжественно произнес киберолог (по-моему, он сильно волновался, что усиливало его акцент, характерный для коренных венериан). Я убежден, что события, о которых нам только что поведал дешифратор, в действительности не имели места.
Зал загудел.
– Что же это, по-вашему? Выдумка?
– Сказка?
– Фантастика?
Киберолог подождал, пока град вопросов утихнет.
– Сказка? Не совсем, – покачал он головой. – Мне кажется, что это древняя моделирующая машина попыталась сконструировать модель будущего.
– Модель будущего? – переспросил я.
– Ну да, один из возможных вариантов.
– При чем тут модель будущего? – возразил кто-то. – Ведь то, что мы слушали, – это художественное произведение. Маленькая повесть о двух людях…
– Так что же? – не сдавался киберолог. – Машина могла облечь свой прогноз в художественную форму.
– Зачем?
– Возможно, она начиталась произведений научной фантастики, которыми был так богат XX век, и решила подражать этим произведениям, – сказал киберолог.
– А язык? Откуда взяла машина этот странный, ни на что не похожий язык? – не отставал оппонент.
– Моделирующая машина могла изобрести особый язык специально для этого случая. Кстати, не этим ли объясняется, что машины линга-центра так быстро расшифровали листки? Ведь эти машины – дальние потомки той, моделирующей. Ну а электронные машины, как известно, на память никогда не жаловались… – Киберолог сделал паузу.
– Значит, этот рассказ – несбывшееся пророчество? – сказал председатель форума.
– Вот именно. Мрачный прогноз, к счастью, оставшийся только на бумаге, – ответил ученый с Венеры.
– На пластике, – уточнила Лена с места.
– Но мне бы очень хотелось послушать окончание истории о юноше и старике, – так закончил молодой киберолог свое выступление.
До глубокой ночи кипел форум, между тем как химики и астрономы Земли напряженно трудились, чтобы поставить в общем споре последнюю точку.
На следующий день зал начал заполняться задолго до назначенного часа. Волнение ученых было понятным: каждый в глубине души надеялся, что именно его теория сегодня подтвердится, именно его гипотеза окажется правильной.
Мы с Леной пришли за полтора часа до открытия, и нам удалось занять два местечка в одном из первых рядов.
Все двери, ведущие в зал, были распахнуты, и из каждой вливался поток. Мы здоровались со знакомыми, перекидывались с ними отдельными фразами.
Подле нас остановился киберолог с Венеры, с которым мы успели познакомиться.
– Ваша гипотеза, Андрьюша, доживает последние минуты, – сказал он мне с улыбкой.
– Вы считаете, что события, о которых нам поведали листки, развивались не на Земле? – спросил я.
– Нигдье не развивались, – загорячился киберолог, – таково мнение группы ученых, которую я представляю… Ни на Земле, ни на Венере, ни на Аларди. Весь рассказ, начало которого мы вчера прослушали, выдумка моделирующей машины…
– Виртуальная модель. Одна из возможных, – уточнила Лена.
– Благодарю, Ельена Викторовна, – церемонно поклонился киберолог. – Именно модель, которая осталась нереализованной. Другими словами сказкой.
– Однако эта сказка задела вас за живое, – заметила Лена.
Киберолог сощурился.
– Почему вы так думаете? – спросил он.
– Потому что вчера, заканчивая сообщение, вы сказали, что очень бы хотели послушать окончание истории о юноше и старике, – произнесла Лена.
– О! – поднял палец киберолог. – Вы не только очаровательная, вы еще и проницательная девушка. Вам повезло, друг мой Андрьюша, повернулся он в мою сторону.
Лена покраснела.
– Не думаю, что рассказ, записанный на листках, машинная выдумка, – возразил я.
– Доказательства?
– Доказательства сейчас будут, – ответил я. – Вы услышите их с этой трибуны, из уст химиков и астрономов. Но я убежден, что рассказ, прослушанный нами, не выдумка. Все описано настолько выпукло, зримо… Я до сих пор вижу перед собой Румо, Грено…
Киберолог покачал головой. Затем посмотрел на часы и заторопился на свое место.
– Сейчас увидите, кто из нас прав! – крикнул нам издалека венерианин.
Зал к этому времени был полон и гудел, как растревоженный улей. Однако все стихло, едва на трибуну поднялся человек. Осмотрев замеревшие ряды, которые возвышались амфитеатром перед нами, он вытащил из кармана записную книжку и принялся неспешно листать ее.
– Представитель химического центра, – еле склонившись, шепнула мне Лена.
– Мы произвели тщательный анализ вещества, из которого состоят пластинки с текстом, – сказал химик. – Результаты таковы: пластик не числился ни в одном из каталогов веществ, которые были когда-либо синтезированы на Земле и вообще в пределах Солнечной системы…
В зале поднялся невообразимый шум. Химик еще что-то говорил, но мы видели только его шевелящиеся губы.
Когда гул немного утих, я услышал заключительные слова химика:
– Таким образом, мы считаем, что пластинки принадлежат не земной, а инопланетной цивилизации.