Наиля удивила ещё одна вещь: девицы радостно визжали, но не пытались взять котят в руки, а пытались их подманивать обычным «кис-кис» и кусочком еды.
– Лисички сами выберут себе напарника, – пояснил старшина и привычным жестом поправил усы, пряча довольную улыбку. – Давно такого не было... Мой отец рассказывал, что у деда был свой Зверь. Не думал, что и мне выпадет шанс. – Он растроганно замолчал.
Наиль поискал глазами Прародительницу, которая принесла сюда котят. Не может же быть, что она их просто бросила и не посмотрит со стороны, как люди примут дар. Но в окружающем лесу ничего не напоминало призрачного зверя, ни одна ветка не шелохнулась. Наиль поднял голову и посмотрел вверх. На балке второго этажа башни синеглазо моргнули, розовато зевнули и встряхнули ухом, сбивая снежинки. Да, вдруг крупными хлопьями пошел снег. Красиво так.
Наиль засмотрелся на снежинки. Оказывается, он соскучился по такому привычному явлению, как снежинки, падающие с неба.
Кто-то царапуче пополз по ноге, цепляясь когтями за край штанины. Ох. Усатый-полосатый требовательно, хоть и беззвучно, раззявил беззубую пасть. Наиль подхватил нахала и поднял к глазам.
«Мя!» – потребовал пушистый. «Жрать!» – понял Наиль.
О да, собственный желудок тоже напомнил, что поужинать не мешало бы.
– Ну, пошли обедать. Я тоже голодный.
Наиль окинул взглядом двор, запоминая довольные лица девушек и старшины — тех, кого выбрали другие котята, — потом прощально кивнул Лисице. Она довольно прищурилась и медленно растаяла в воздухе. Как утром: сначала исчез хвост, потом лапы, и последней исчезла улыбка. Не, ну точно это была улыбка.
Ай. Эта мелкая пародия на тигра цапнула за палец: «Если двуногий не поторопится, то четырехлапый будет есть двуногого, понятно?»
– Понял я, понял, – ответил Наиль. Потом перехватил нахала за шкирку и, держа на вытянутой руке, сообщил: – Вот только давай без хамства? Я тебе не прислуга, ясно? Мы на равных, или ищи себе другого напарника. Так?
Полосатый потрепыхался бесполезно в воздухе, но ни цапнуть, ни вырваться не сумел и повис грустно и одновременно надменно, презрительно прищурившись. «Извиняться не буду», – говорил весь его вид. Надо же сколько гордости в этом пушистом тельце размером с кулак. Наиль одобрительно фыркнул, посадил его себе на плечо, почесал за ухом:
– То-то же... Тигруля.
Глава 29
Наиль прошел на кухню портальной башни Лисье. На плече у него, как попугай у пирата Сильвера из книги «Остров сокровищ», ехал полосатый рыжий котенок, он же Тигруля, он же лисичка, он же детеныш Прародительницы – призрачный зверь, но со вполне ощутимыми коготками, впивающимися в плечо, а также зверским аппетитом. Так же ощутимо Тигруля тянул магию, так что следовало поскорее накормить его (и себя) мясом.
На кухне всегда чего-то жарилось или варилось, грела печь, и кто-то был. Как минимум, дежурный повар. Но обычно еще кто-то ел перед дежурством, кто-то — после, кто-то просто зашел попить чайку с булочками; поэтому постоянно был накрыт стол для «полуночников» —закуски, хлеб, чистая посуда, — и что-то стояло возле горячей стены печи: чтобы любой желающий перекусить и погреться не ждал обеда-ужина по распорядку дня. Неожиданно здесь нашелся штурман, который грел спину о теплую стенку печи, а руки — о горячий бок кружки. Sbitenn — местный ягодный напиток, подогретый с медом и таежными травами — неизменно пользовался успехом в зимнее время года.
Наиль устроился за стол напротив молчаливого Вилли — будет повод поговорить, — взял чистую тарелку, заглянул в горшки и радостно ухватил один. Мясное рагу с овощами называлось ле-фро. Вчера ему оно очень понравилось, и плевать было, что это мясо местных болотных лягух. По вкусу как сочная и мягкая курица, да ещё с местными приправами и овощами, горячее — то, что надо двум голодным товарищам. Штурман чуть поморщился: он такое есть не стал несмотря на все уговоры про то, что этот деликатес подают на королевский стол, и то по праздникам. А вот Наиль ел это ле-фро с большим аппетитом.
Не отставал от него и Тигруля, противореча законам физики и рекламе, что «желудок у котенка меньше наперстка». Ага, сейчас. У этого котенка он точно с ведро. И магическому зверю чихать на законы физики, когда у него есть бесконечные законы магии. И если б не тот факт, что Тигруля именно магический зверь, а не обычный, «шерстяной», то Наиль бы не то что побрезговал, но трижды подумал, пускать ли животное «с грязными лапами» на стол и разрешать ли ему есть с ним из одной миски. Котенок охотно ел только то, что Наиль клал себе в тарелку и не пытался лезть в другие горшки. И казалось, что это не из серии «воспитанный кот» и не про «повторять за хозяином» — никакой он ему не хозяин, — а вполне циничное: «Значит, эта еда как минимум съедобна, а как максимум – безопасна, то есть не отравлена».