В темной оранжерее Наин присела перед своим любимым белым цветком.
– Ты знаешь, куда ушла Чжимо? Она, наверное, тебе сказала, да? – спросила она, но цветок молчал. – Какой же ты верный, – тихо сказала она, проводя пальцами по лепесткам. Если бы она сжала слишком сильно, лепестки могли бы опасть, но на их месте обязательно выросли бы новые.
«Когда этот цветок только начал прорастать, он, наверное, и не знал, что находится на Земле. Не знал, где он вообще. Наверное, просто изо всех сил стремился к солнцу, не подозревая, что почва не впитает воду, что на него будут смотреть с презрением, что впереди его ждет много испытаний. Если бы он знал, что с другими семенами, то, возможно, сдался бы еще в земле. Но как и я, он мог только двигаться вперед и потому появился на свет. Но я не жалею. Даже зная, что эта планета не моя, я не одинока. Нельзя просто взять и вернуться обратно под землю», – подумала Наин.
Продолжая мягко постукивать пальцем по лепесткам цветка, она вдруг услышала, как кто-то открывает дверь, запертую на ключ. Она была уверена, что это Чжимо. С улыбкой Наин поднялась. Но в дверях стояла не Чжимо, а Сынтэк. Видимо, он думал, что в магазине никого не будет, потому что выглядел таким же удивленным, как и Наин.
– Почему у тебя ключи от магазина?
Ключи были только у Чжимо и Наин. Когда Наин пошла в школу, Чжимо подарила ей копию ключей вместе с рюкзаком и сказала, что оранжерея теперь принадлежит им двоим. «Ты всегда можешь прийти сюда, даже если меня нет». – Наин и сейчас помнила ее слова.
– Твоя тетя дала их мне.
– Почему?
– Потому что она передала оранжерею мне.
– Оранжерею?! – закричала Наин.
Сынтэк мягко прикрыл уши руками и кивнул. Наин не могла смириться с тем, что Чжимо передала оранжерею ему, когда она сама должна быть здесь, и продолжала засыпать парня вопросами. Но Сынтэк молчал, все так же прикрывая уши. Лишь дождавшись, когда ее гнев утихнет, он начал говорить:
– Если ты разозлишься, мне велели тебе передать.
– Что?
– «Ты все равно не будешь следить за оранжереей».
Наин не смогла возразить. Сынтэк сказал, что тоже не знает, куда ушла Чжимо. Она лишь вручила ему ключи, попросив присмотреть за всем здесь. Сынтэк планировал продолжать продавать растения. Он не учился в школе и мог заботиться о цветах так же хорошо, как Чжимо.
– Но ты же собирался уехать отсюда?
– Пока отложил это.
– Отложил?
– Да, на время.
Сынтэк сказал, что собирается прибраться и, если Наин не хочет помогать, ей лучше уйти. Наин без колебаний встала, пожелала ему удачи и вышла из оранжереи. Несмотря на то что Сынтэк получил оранжерею, Наин все еще могла приходить туда, и, хотя она сама не могла управлять всем так же хорошо, как Чжимо или Сынтэк, чувство обиды все равно не покидало ее. Наин медленно отошла от оранжереи, останавливаясь через каждые несколько шагов, чтобы еще раз оглянуться. Чжимо обосновалась на этой мертвой земле, чтобы вырастить Наин. Чтобы Наин могла пустить корни и жить. Обдумав это, Наин решила, что когда Чжимо вернется, то обязательно расскажет ей, что теперь крепко укоренилась здесь.
На следующий день к Наин пришла Мирэ. В прогнозе погоды обещали, что к ночи пойдет дождь, и к восьми часам вечера крупные капли действительно забарабанили в стекло. Наин, слушая мерный шум, заметила, что окно в соседней комнате открыто. Она побежала закрыть его и увидела снаружи знакомый зонт.
– Мирэ!
Подруга, стоявшая у ворот, подняла голову.
– Ты ко мне пришла?
Мирэ кивнула. Она сказала, что из-за расследования ее мать уже несколько дней не появлялась дома, и попросилась на ночевку. Нужные вещи уже были у нее с собой. Мирэ также сказала, что виделась с отцом. Тогда Наин поняла, почему Мирэ пришла к ней. Она заварила две тарелки лапши и порезала арбуз на десерт. Несмотря на то что Мирэ сначала говорила, что не голодна, она съела все и улеглась на диван. Закончив мыть посуду, Наин вернулась в гостиную и села напротив Мирэ, немного стесняясь. Та, закрыв глаза, гладила свой полный живот. Наин уже хотела было предложить посмотреть какой-нибудь фильм, чтобы поднять настроение подруге, когда Мирэ, словно прочитав ее мысли, заговорила:
– Со мной все нормально, не беспокойся. Йоханна ненадолго уехала в командировку, но мы на связи, так что я пришла не потому, что мне грустно.