– Знаешь, Хёнчжэ, – первой заговорила Наин. – Иногда нужно поговорить, но порой лучше просто промолчать. Если разобраться, то это происшествие может оказаться пустяком.
Она пыталась намекнуть, что сейчас не может ничего рассказать, и ее слова звучали все более запутанно, а жесты стали преувеличенно беззаботными. Хёнчжэ молча слушал ее, не спрашивая, что она хочет сказать.
– Я имею в виду то, что ты видел недавно. Это одна из таких вещей. Пустяковая…
Смущаясь, Наин поспешила закончить свою речь:
– В общем, вот что я хотела сказать.
Она неуклюже улыбнулась, но Хёнчжэ только кивнул, не меняя безразличного выражения лица.
Когда Наин наполовину опустошила бутылку воды, Хёнчжэ, который все это время оставался рядом, встал, так и не задав ни одного вопроса. Он сказал, что ему пора на дополнительные занятия. Наин как-то не поверила, что он говорит всерьез, поэтому спросила его:
– Ты уходишь?
– Да, ухожу.
Неужели он действительно просто так уйдет? Хотя видел, как ее схватил за горло тот самый страшный старшеклассник? Наин не знала, поблагодарить Хёнчжэ или обвинить в равнодушии. Ее чувства метались. Она проводила парня взглядом. Глядя на его удаляющуюся спину, она подумала, что что-то здесь не так. Это определенно было странно. Уйти, не предложив пойти вместе, было совсем не в духе Хёнчжэ. Как будто у нее и так было мало проблем, а тут еще и друг добавил новую.
Почему все проблемы, заботы и тревоги наваливаются разом? Как бы было хорошо, если бы одна решилась, а другая появилась через некоторое время. Но Наин знала, что все происходит одновременно, резко и беспорядочно, истощая терпение и силы. Единственный выход – быстро справляться с текущими проблемами, прежде чем появятся новые, еще более серьезные. Было бы лучше вообще не знать то, что знала она, но что поделаешь, если уже знаешь? И не можешь сделать вид, что не знаешь.
На стойке для велосипедов все еще висела листовка с портретом. Короткие волосы, густые брови, длинные глаза без двойного века. Рост – 177 сантиметров, вес – 63 килограмма. Вышел из дома в 21:40. В школьной форме и белых кроссовках Nike. В последний раз был замечен на перекрестке в 22:07, после чего исчез. Ему было семнадцать лет. Значит, сейчас должно быть девятнадцать. Если бы он был жив… если бы он был жив, ему бы исполнилось девятнадцать. Он бы, как и сверстники, ходил на курсы, учился допоздна, жаловался на жизнь, а потом садился за стол и снова принимался за учебу, чтобы подготовиться к поступлению в университет. Наин долго стояла перед листовкой, запоминая приметы Пак Вону. Чтобы можно было нарисовать его с закрытыми глазами. Чтобы при необходимости описать его, как если бы видела его прямо перед собой.
Когда Наин сидела, прислонившись к спине Кымок, она видела впереди бесплодную землю, на которой не росла трава. Хотелось бы верить, что кто-то однажды взрыхлит почву среди спутанных сорняков и полевых цветов и превратит в плодородную. Глядя на это место, Наин сказала:
– Это все еще догадки. Когда кто-то пропадает на два года, обычно считают, что он умер. Но когда я увидела выражение лица Квон Тохёна, я подумала, что лучше бы мне не знать правду. Почему я это узнала? Ведь я ничего не могу сделать.
Наин чувствовала себя жестокой.
– Моя мама всегда говорила, что все, что происходит в этом мире, предопределено. Раз это произошло, значит, так должно было быть, – ответила Кымок.
Нет, жестоким был этот мир.
– Мама говорила, что не стоит слишком грустить и переживать. Что бы ни произошло, если можно это проигнорировать, то так и надо поступить. Никто не сможет тебя упрекнуть, если ты сделаешь вид, что не заметила. Я тебя не заставляю.
Кымок была права. Стоит сделать вид, что она ничего не знает. Все равно никто не поверит словам Наин. Чтобы доказать, что здесь похоронен человек и его убили не случайно, ей придется приложить больше усилий, чем другим. Даже если она будет кричать до хрипоты, ее могут так и не услышать. Борьба может закончиться только болью и ранами. На самом деле, именно этого Наин боялась больше всего.
Как так могло совпасть? Кымок оказалась внутри дерева, Пак Вону умер рядом с ней. Так еще и оказалось, что Наин может слышать голос Кымок. Кажется, будто все было подстроено заранее.
Совпадение. Удобное оправдание, но на самом деле это грязное слово ничего не решало.
По просьбе тренера Наин составляла список с датами рождения учеников в кабинете директора додзё и случайно заметила под столом фоторамку. Она лежала фотографией вниз и была покрыта толстым слоем пыли, будто ее давно не трогали. Кабинет всегда был полон старых вещей, о существовании которых забыл даже сам директор. Вещей, которые не выбрасывались, но о которых и не заботились должным образом. Подарки от детей из додзё, кружки с благодарственными надписями от родителей были погребены под слоем пыли. Наин подумала, что в рамке, наверное, групповое фото с какого-то соревнования. Но что-то не давало ей покоя. Руки так и тянулись перевернуть рамку.