Наин любила кроличью ферму. Они с Чжимо посещали парк после того, как закрывалась «Бромелия», поэтому в это время на площадке никого не было. Наин качалась на качелях, каталась с горки, а затем убегала к кроликам. Она дала имена кроликам с черной, белой, пятнистой и коричневой шерстью и каждый день проверяла, как они, будто была их хозяйкой. Видя ее такой увлеченной, Чжимо иногда спрашивала: «Может, нам завести кролика?» Но Наин всегда резко качала головой и говорила, что кролики должны жить с кроликами, так же как Чжимо живет с Наин.
– Они, наверное, не семья, – любила возражать Чжимо. Она говорила это с намерением расстроить девочку, чтобы проверить ее стойкость, но та не поддавалась.
– Если можно считать их семьей, то они семья. Кролики говорят, что они семья.
– Кролики так говорят?
– Да!
Так Чжимо раз за разом оказывалась побежденной в этом споре.
Семья кроликов, к которой Наин так привязалась, однажды исчезла без предупреждения. Это случилось после летнего тайфуна. Сначала Чжимо и Наин думали, что кроликов перевезли в безопасное место из-за непогоды. Однако, когда прошло несколько дней, а ферму так и не восстановили, Чжимо поняла, что эксперимент с экологическим обучением детей подошел к концу. Сидя перед заброшенной фермой со сгнившими после долгих дождей и тайфуна растениями, Чжимо обнимала Наин и утешала ее, рассказывая, что кролики переехали. Она сказала, что кролики выкопали свои сумки из земли, наполнили их базиликом и отправились в горы. В ответ на это Наин, поглаживающая погибшие растения по листьями, безмолвно кивнула. Чжимо хотела оживить их, но не стала этого делать, решив не раскрывать Наин ее силу до тех пор, пока девочка сама о ней не узнает.
Однако растения ожили за одну ночь. Более того, они не просто ожили, а выросли настолько, что начали перелезать через решетку загона. Чжимо узнала об этом от клиентов «Бромелии» – те говорили, что у кроличьей фермы возле жилого комплекса неподалеку мертвые растения очень быстро и бурно выросли до невероятных размеров. Они восхищались тем, что растения даже при самом тщательном уходе дома лучше растут на улице. После закрытия магазина Чжимо пошла на детскую площадку. Местные старики собрались там, чтобы посмотреть на растения, и Чжимо, увидев место происшествия, уверилась, что это работа Наин. Такая сила была неподвластна природе. Вернувшись домой, Чжимо спросила у Наин, о чем та думала, когда касалась растений накануне.
– Я думала о том, чтобы кроличья семья вернулась и снова жила здесь. Если растения станут выше гор, здесь будет лучше, и они вернутся, – ответила Наин.
Поэтому Чжимо очень надеялась, что этот ребенок как можно дольше не будет иметь дел с Нуубами. Она знала, как было принято: когда рождался сильный Нууб, его изолировали, чтобы он использовал силу во благо расы. Что есть благо, решали при этом единицы. Если Наин раскроет свою силу, Нуубы обязательно попытаются использовать ее для обустройства нового места жительства, потому что не могли сами найти подходящую планету. Чжимо не собиралась позволить им так поступить с Наин.
Дождь все не прекращался. Чжимо, чувствуя жжение в ладонях, протянула руки из-под крыши остановки, и холодные капли дождя приятно коснулись ее кожи. Из заживших ран больше не шла кровь.
Наверняка Гахан тоже видел новости о том, что за ночь некоторые растения на горе Сонёнсан выросли до невероятных размеров. Поэтому Чжимо поспешила к нему до того, как Гахан приведет своих людей, чтобы забрать Наин. Он улыбался, говоря, что только хочет ее навестить, но его губы были сжаты слишком плотно. Он явно был очень зол, но Чжимо не собиралась учитывать его чувства. Она сразу перешла к делу – устроила скандал первой. Бросать фарфор в ее планы не входило, но фраза «ради нашего народа» так вывела ее из себя, что Чжимо швырнула вазу в Гахана. Она твердо заявила, что они с Наин останутся на Земле и найдут свой путь. И в конце пригрозила, что, если они тронут Наин хоть пальцем, она разыграет такое же представление уже на бóльшую публику и откроет их секрет людям.