— Ох, — прервала я её вздохом, — Нет, не стоит, я думаю. Не надо тратить на меня свои деньги, Мэри, мне жутко неудобно. Сначала Шеффилд, потом ты…
— Ты называешь его по фамилии? — спросила Мэри, поднимая брови, — Он не разрешает называть по имени?
— Нет, — тут же ответила я, опасаясь, что она не так поймет, — Это скорее из-за меня, я почему-то… Боюсь, наверное. Не знаю, — я поджала губы, почему-то смущаясь.
Мэрилин посмотрела на меня, едва сдерживая милую улыбку, которая сбивала меня с толку. Она поправила светлые волосы и подняла голову, всё ещё не пытаясь скрывать своего удивления. Я не могла понять, что могло повлиять на такую резкую перемену.
— Он когда-нибудь слышал, чтобы ты назвала его по имени? — тихо, словно боясь, что кто-то услышит, спросила Мэри.
— Я не помню, — ответила я честно.
— Ты хочешь называть его по имени?
— Да, — выдохнула я, — Но я боюсь. Он же мой психолог, так что…
Она чувствовала, что я скрываю очевидные вещи. От женщины её возраста и опыта этого не утаить.
— Ри, — вдруг посерьезнела сестра Шеффилда, — Ты для него больше не пациентка. Да и кажется мне, что никогда не была. Он рассказывал мне, что ты пришла к нему пьяной в первый раз, и что даже пыталась шутить. Я понимаю, что тебе тяжело слышать это, но он хочет, чтобы ты воспринимала его, как друга, а не как учителя или психолога, — Мэри протянула мне руку, я вложила в неё свою, — У него не так много друзей, чтобы раскидываться такими словами и поступками впустую.
Нам вновь потребовалось время, чтобы обоим усвоить информацию. Я смотрела на наши ладони и пыталась не заплакать. За что они так ко мне добры?
— Поверь мне, я знаю его всю жизнь и уж точно не буду врать тебе о его… сущности. Он нуждается в помощи больше, чем ты можешь представить себе, — она будто выдохнула всю печаль, — Он выглядит сильным, но внутри… Мне кажется, он давно рассыпался на части. Всё помогает и помогает, старается быть лучше, чем был, каждый раз. Боится, что не оправдает ожиданий, что не сделает всё верно, что в чём-то будет недостаточно силён. Он никогда не признается в том, что у него нет сил, — закусив губу, женщина медленно кивала головой, а через пару секунд резко перевела взгляд на меня, — Он так привязался к тебе. Может, он чувствует себя лучше с тобой? — она резко замолчала.
Я вздохнула, пытаясь переварить всё сказанное. Молчание Мэрилин пугало меня даже сильнее, чем молчание её брата когда-то. Но спустя пару минут она вновь заговорила, с тем же самым позитивом.
— Эй, тебе надо развеяться, ну правда! А иначе ты в четырех стенах совсем скиснешь, — женщина хлопнула меня по плечу, поднялась с места и прошла в гостиную, — Поехали!
Я посмотрела на себя и поняла, что выгляжу, честно говоря, не совсем приятно. Джинсы порваны, а кофта, которую я ношу практически не снимая, превратилась в ужасную пародию на одежду.
Когда я стояла напротив зеркала в прихожей и смотрела на своё отражение, то в голове никак не могло уместиться то, что Мэрилин назвала меня милой и привлекательной. Болотно-карие глаза, самые обычные губы и выражение иронии на лице. Я смешила сама себя, но затем почувствовала, как женские пальцы раскидывают мои волосы в стороны, взъерошивая голову.
— Заведу тебя в парикмахерскую, — Мэри пригладила волосы обратно, а потом вытянула меня на заснеженную улицу.
Солнечный свет ударил прямо в лицо, так, что пришлось даже зажмуриться. Снег под ногами хрустел, напоминая о том, что скоро наступит Рождество. Прошлые несколько лет я совершенно не чувствовала праздника, но надеюсь, что в этом году повезёт больше.
Я вдыхаю ледяной воздух, позволяя ему наполнить лёгкие. Поворачивая голову, я замечаю, что Мэрилин смотрит на меня с призрачной улыбкой, замершей на губах. Сейчас она так похожа на своего брата, что я невольно вздрагиваю.
— Красиво, правда? — она кивает на солнце, сияющее слишком ярко для зимнего месяца.
— Очень, — выдыхаю я, глядя на женщину.
— Поехали? — спрашивает она, открывая водительскую дверь.
Кивнув самой себе, я сажусь на пассажирское сиденье её машины и только потом замечаю, что это Шевроле.
— Почему не Форд? — я усмехаюсь, а Мэри начинает смеяться.
— Потому что Дастин сказал, что Шевроле — для женщин, — она пожала плечами, заводя двигатель, — А мне не нравятся огромные машины, вроде его. Шутка. Просто привыкла.
Я хмыкнула, откинувшись на сиденье и представляя себе их забавные стычки. Эти люди настолько милые и серьезные одновременно, что не хватает сил представить их в более забавной ситуации, чем ссора. Разве что покупка новой мебели или выбор обоев для гостиной…
— Ри, когда у тебя день рождения? — Мэри вырывает меня из мыслей, я даже вздрагиваю, слегка ударившись рукой о дверную панель.