— В мае, — говорю я, — Двадцатого.
— У меня пятнадцатого июня, — улыбается женщина, — А у Дастина пятнадцатого июля. Семейная драма, — со смешком говорит она, — ровно через месяц. Помню даже, что мама один раз перепутала месяца и поздравила вместо меня — его. Это не было обидно, больше смешно…
Я опустила голову, улыбаясь. Забавные факты из их жизни ставили меня в неловкое положение, хотя там не было ничего особо секретного или постыдного. Наверное, я просто не привыкла обмениваться секретами, пусть даже самыми незначительными, с людьми. Но отчего-то мне казалось, что Мэрилин я могу довериться целиком и полностью.
— Эй, — воскликнула она, когда я не ответила, — Я тебя уже достала?
— Нет, конечно же нет, — протараторила я, чувствуя себя более чем неудобно, — Просто думаю, что можно рассказать о себе, но ничего не идет в голову. Может, потом вспомню и скажу.
Мы проехали перекресток в центре города и я снова попала в плен небоскрёбов. Почему-то мне жутко нравились высотки, будто тянущиеся к небу, здания, устремленные вверх. Это было красиво, но одновременно и просто. Два в одном, необычно и примитивно. Прекрасно.
— Я была в городе всего пару раз, — я заговорила, неловко поджимая губы, — раз в детстве, а потом с Шеффилдом, — я усмехнулась, сама того не ожидая, а Мэри вдруг подняла брови, — Но тогда я поругалась с ним, было очень неприятно. Странно, что он простил меня. Наверное, на его месте я бы как минимум обиделась…
— Он отходчивый, — сказала мне женщина, заворачивая в сторону внутренней парковки.
Уличный свет вдруг словно погас, уступив место подземной темноте. Парковка была забита разнообразными чудесами машиностроения, так что искать место пришлось относительно долго.
— Но знаешь, — Мэри, заглушив двигатель машины практически в конце парковки, снова заговорила, — В нём начало просыпаться юношеское настроение с недавних пор. За этим очень весело наблюдать, потому что выдается такое время крайне редко.
— Хотела бы я увидеть, — я качнула головой, выходя из машины и хлопая дверью.
— Поверь, — женщина подошла ко мне, взяла меня под руку и свободно пошагала к входу, — Ещё увидишь.
Мы зашли в здание, которое поначалу показалось мне не таким уж и большим, и моё мнение моментально изменилось.
На самом деле, перед глазами понёсся круговорот: люди, бутики, кафе, ресторанные площадки, размером с комнату; вокруг бегали дети с воздушными шариками, мальчики размахивали световыми мечами, как в Звездных Войнах, а девочки, заливаясь смехом и чуть ли не спотыкаясь на ходу, убегали от этих новобранцев-джедаев, у которых орудия валились из маленьких рук. Дети выглядели настолько беспечными и радостными, что взрослые на их фоне резко бледнели и выглядели, словно призраки, блуждая мимо манекенов, заглядывая в каждый магазинчик и утягивая своих детей за руку.
Но Мэрилин шла рядом и не сводила с меня взгляда. Судя по всему, ей было интересно, как я буду реагировать на такое большое количество людей, но рядом с ней я не ощущала паники. Напротив, мне было даже комфортно, в то время, как окажись я здесь одна, вероятно, я впала бы в апатию.
Когда мы проходили мимо салона сотовой связи — Мэри затянула меня во внутрь, не говоря ни слова.
— Твой телефон изжил себя, — сказала она, заметив мой протестующий взгляд, но спорить с Шеффилдами, как я поняла, бесполезно.
В итоге, я держала в руках один из сенсорных телефонов, которые лежат на прилавках и пестрят крупными суммами. Хотелось отказаться, но она бы даже не моргнула и всучила бы мне несчастный гаджет обратно. Это было видно по ее лицу, когда я тяжело вздохнула.
— Мои деньги — это мои деньги, Ри, и я решаю, куда потрачу их, — с улыбкой сказала Мэри, — Пойдём, купим тебе пару футболок.
Сражаться и отпираться было совсем бесполезно. Я поняла это, когда Мэрилин сдвинула стопку маек с одной из стоек, а затем села там, скрестила руки на груди и начала пронзать меня упёртым взглядом, который был схож с «Карающим взглядом» Призрачного гонщика.
Мне пришлось блуждать между рядов с футболками и выбирать более или менее подходящие. Красная, серая, майка без рукавов. Одежда была летняя, но это меня не останавливало, потому что Мэрилин не успокоилась, пока я не нашла достаточно маек, чтобы успокоить её трепещущую душу. Довольно улыбаясь, она проводила меня к примерочной, подкинув туда несколько видов бриджей и джинсов. И какое-то платье.
— Выбираем тебе одежду на лето, — объяснила она, оставляя меня, чтобы я смогла все примерить.
Честно говоря, мне нравились все футболки, которые я мерила, потому что не имела ни малейшего представления о том, что может выглядеть хуже, чем мои прошлые вещи. Ткань была прочнее той, что я привыкла носить, поэтому и на теле все ощущалось гораздо приятнее.