Наблюдая боковым зрением за мечущимся по комнате Серегой, перематывал четырехминутный ролик снова и снова.
-С Козыревым тоже все неладно. Это череда каких-то невообразимых совпадений. Мы столько лет жили спокойно. Все проблемы решались на уровне переговоров. Моисей вел политику сдерживания, не давая возможности залить город кровью! – Серега закуривал и, делая пару затяжек, тушил сигарету в пепельнице. – Скала?
-Сядь, не мельтеши! Мешаешь думать! Что мы имеем?
-Что?
-Деньги.
-В смысле?
-В прямом. Тот, кто ввез «афганку», вложил туда много денег. Очень много, Лазарь. Либо он придурок, у которого несколько лямов зелени жгли карман, либо у него была гарантия того, что получится! Нет, даже не так. Он готов был пожертвовать деньгами, чтобы расшатать город в нужном ему направлении. Все это время мы отталкивались от похищения Яны, но ошиблись. Как бы не ошибиться сейчас.
-Значит, нужно изменить тактику! – Лазарев снова подскочил с дивана, схватившись за сигареты.
-Сядь, я сказал! – перехватил его запястье, чуть вывернув его, чтобы обездвижить руку. –Успокойся. Все это время мы плясали от произошедшего, а теперь пойдем другим путем... У Кирилла, несмотря на годы тренировок, не хватило бы ума создать этот коридор, да и бабок он таких в глаза не видел. Я проверил счета. Он в основном переписывал недвижимость, словно готовился к отходу.
-То есть?
-Из этого следует, что он был одним из стукачей. Сливал информацию, чтобы подвинуть Моисея.
-Моисея? – только успокоившийся Серега вновь вскочил на ноги.
-Ну, это единственный вариант.
-Это нелогично.
-Не путай нелогичное с невозможным. Это как раз возможно. Мы живем в мире, где деньги помогают ощутить себя непросто одним из. Бабки делают твой характер жестче, а х*й толще.
-Ты о чем?
-Я решил зайти с другой стороны. Есть у меня один корешок в Афгане. Все, что мне нужно – определить связного. Рыться в «своих» бессмысленно. Именно этого они и ждут. Надо ехать в Казахстан и искать лица. Фото, камеры. Да все, что угодно! Их много, Лазарев. Крыс, как минимум три, не считая главного! Кирилл – первый неизвестный. Он, будучи приближенным, сливал важную информацию. Второй неизвестный – должен быть в средней прослойке. У него есть авторитет, но неявный, чтобы в глаза не бросаться. Третий неизвестный – мелкий, жадный придурок, у которого нет цели подняться, он скорее просто хочет денег! Именно с него и начнем. Такие рвачи очень часто ошибаются, потому что спят и видят «зелень».
Иногда жалею. Что поспешил «убрать» Кирилла, потому что мог «поговорить» с ним. Поспешил.
-Поехали к Моисею, - я посмотрел на вспыхнувший экран телефона. – Ждет нас.
-Зачем?
-Удовольствие, наверное, доставлять будет, – я пожал плечами, наслаждаясь растерянностью на лице Сереги. – Тебе. Я-то на него не работаю.
-Придурок!
-Взаимно.
***
-Мне тут слили, что Маков нарыл что-то на Коновалова! – Моисей затянулся сигарой и выпустил облако пряного дыма в воздух. Затем развернулся на кожаном кресле в сторону брата Миши. Мужичок снял очки и стал старательно протирать стекла своим галстуком.
-Предупредим? Коновалов сговорчивый, проблем не доставляет, деньги отчисляет исправно. – Миша надел очки и обвел взглядом кабинет.
-Зачем Макову нужен Конь? Он занимается автомобилями. Весь город держит. И салоны, и эти, как их... – Лазарев, все это время смотрящий в окно, обернулся.
-Автосервисы, Сереженька! – Моисей прищурился. –Автосервисы...
-Ага, точно. Маков обнищал что ли? Зачем ему это? Ведь не потянет. Не по Сеньке шапка. Народу у него мало, мозгов, к слову, еще меньше, а амбиций море.
-Выслуживается, наверное. - Миша помешивал кофе в фарфоровой чашечке с золотым узором, противно брякая ложкой.
Моисей вызвал нас в главный офис, который находился в ресторане «Белый лотос». Кабинет находился в подвальном помещении, у единственного входа в который стоял целый кардон охраны с металлоискателями. Бардовые, почти черные стены, обтянутые бархатной тканью, темный деревянный пол, замысловатая мебель из красного дерева. У единственного окна, находящегося под самым потолком, сидел Лазарев. Вдоль стены была расположена библиотека. Ровные стеллажи которой заставлены книгами в кожаных переплетах, а прислоненная к полкам лестница служила Лазареву креслом. Взобравшись на самый верх, он вытянулся во весь рост, рассматривая что-то за окном, крутя меж пальцев золотую зажигалку.