Помотав головой, Мычка отбросил неприятные размышления, спросил, возвращаясь к началу:
- Так, что, именно, мы должны знать?
- Наша гильдия входит в, так называемый, стальной круг, это боевая организация, одна из нескольких, под видом обычной гильдии наемников скрывающая свою истинную деятельность: разведка, шпионаж, диверсии. Помимо основной деятельности, мы предупреждаем диверсии со стороны враждебно настроенных государств и устраняем последствия спонтанной активности древних артефактов.
Шестерня кашлянул, сказал негромко:
- С артефактами все понятно. Один из них, разнес стену монастыря и пытался раздавить нас при входе в город. А что касается деверф... дисерв... - он раздраженно крякнул, произнес по слогам, - ди-вер-сий... Что ты имеешь в виду?
Себия ответила:
- Разное. Да, ты и сам, как-то, принимал в этом участие. Если, не забыл. Тот раз, когда, спустившись в канализацию, вы наткнулись на неких существ, после чего, в упоении боем, разнесли добрую половину квартала.
Шестерня произнес с содроганием:
- Такое забудешь. - Помолчав, произнес с подозрением: - Удивительно, откуда ты знаешь. Я никому не рассказывал, боялся, на смех поднимут. Да и остальные, думаю, тоже.
Себия невесело усмехнулась.
- Мы вылавливали оставшихся тварей еще седьмицу, и не факт, что уничтожили всех. Они расползлись по канализации.
Дерн поинтересовался с нескрываемым любопытством:
- А почему ты решила... - он запнулся, поправился, - почему в гильдии решили, что это именно диверсия?
- А ты раньше встречал подобных животных, или хотя бы, что-то отдаленно напоминающее? - задала встречный вопрос подземница.
Мычка непонимающе воскликнул:
- Да никто такого раньше не видал! С чего они вообще взяли, что это чья-то злая воля?
- Ходят слухи, что в некоторых гильдиях растят чудовищ, а потом проверяют, подбрасывая результаты в города сопредельных государств, - спокойно ответила Себия. - И не только чудовищ. Появление механизма, что едва не убил нас при входе в город, вполне, могло оказаться спланировано, пещерникам такое под силу, а граница их территорий проходит не так уж и далеко.
- Не слишком ли ты много знаешь для обычного исполнителя? - сухо поинтересовался Зола.
- А с чего ты решил, что я обычный исполнитель? - на этот раз, сарказм прозвучал уже в голосе девушки.
Наемники вновь ощутили неприятное шевеление страха. Подземница, каким-то невероятным образом, успев, за короткое время пребывания в гильдии добиться столь значимого положения, пугала все больше.
Дерн кашлянул.
- Действительно, интересно. Это все, что ты хотела сказать?
- Это была, лишь прелюдия, - девушка усмехнулась. - Гильдии, равного уровня, есть не только у нас, и дела, что они решают, зачастую, гораздо серьезнее вопросов, что решаем мы. Волей случая, попав в этот рейд, вы вступили в опасную игру с жесткими правилами и очень серьезными противниками.
Зола звякнул кандалами, буркнул:
- И этими прелестями мы обязаны тем самым врагам?
Судя по звякнувшим цепям, подземница пожала плечами.
- Надеюсь, что нет. Иначе, нам уже ничего не поможет. Я присутствовала на нескольких допросах в Зеленой башне. То, что остается от подозреваемых после процедуры выяснения, уже нельзя назвать живым существом.
Шестерня громко сглотнул, так, что по подвалу пронеслось эхо, хрипло спросил:
- Можно, хотя бы, узнать, ради чего мы подвергаемся такому риску? В конце концов, ведь не из-за кучки бесполезных узников затеяли этот рейд?
- Этого я не знаю, - честно призналась девушка. - Можно только догадываться, для чего гильдии понадобились эти люди, и какова их истинная роль, но, судя по реакции хозяйки гильдии, их ценность невероятна.
Обращаясь к болотнику, Зола саркастически произнес:
- Не иначе, твой спасенный протеже является близким родственником особо знатной персоны, а быть может, и самой персоной.
- Какой смысл гильдии тратить силы и людей на обычного представителя знати? - задал резонный вопрос Дерн.
- Какой смысл, ради того же представителя, штурмовать гильдию? - ответил вопросом на вопрос Зола. - Ведь наш рейд, всего лишь, ответ на дерзкую атаку неизвестных. Ведь вы находились в самой гуще сражения и могли оценить уровень подготовки. Что скажете?
- Мы оценили, - сдержанно произнес Мычка. - Не хотелось бы повторять.
- Это да, - хмыкнул Шестерня. - Башню они разделали под орех, да и нас, едва не умертвили.
- О том и реку, - сухо подытожил Зола. Помолчав, добавил сокрушенно: - И как я поддался на ваши уговоры? Вместо занятий магическими изысканиями, я мотаюсь по миру, теряя драгоценное время в поисках бездарного представителя высшего сословия, чья бессмысленная жизнь не возместит и крупицы потраченных усилий.
Дерн насмешливо произнес:
- Вероятно, эта жизнь пополнит закрома гильдии сверкающим металлом, чей вес для организации важен много больше, чем потерянные жизни наемников, и уж тем более, их потраченное время.
Загремел замок. Наемники затихли, напряженно внимая звукам. Послышался шорох шагов, что-то звякнуло, загрохотало. Некоторое время раздавалась невнятная возня. Затрещали, разгораясь, ветви в невидимом камине, потянуло дымком. Испуганно дрогнули тени, отступили, вытесняемые светом пламени.
Вслушиваясь в лязганье невидимых инструментов, Мычка болезненно морщился, сообразно шуму воображение рисовало: то огромные клещи, испачканные свернувшейся кровью, то проржавевшую тупую пилу. Когда фантазии стали нестерпимы, Мычка с шумом выдохнул, встряхнулся, громко звякнув цепями.
На звук за дверью материализовался небольшой, даже по меркам своей расы, пещерник, обежав взглядом Мычку, повернул голову, оглядел прочих узников. Контраст между жуткими звуками и неожиданным появлением карлика оказался столь велик, что Мычка не выдержал, нервно рассмеялся.
Незнакомец мгновенно повернулся на смех, сказал с улыбкой:
- Довольные узники - удача тюремщика. Вижу, вы уже успели освоиться. Что ж, тем лучше. Осталось представиться, и можно начинать...
ГЛАВА 14
Последние слова прозвучали столь угрожающе, что Себия напряженно кашлянула, а Шестерня испуганно охнул. Бестрепетным голосом Дерн произнес:
- Вижу, ты любитель поговорить.
Пещерник всплеснул ручками, сказал, с показной грустью:
- Что делать, что делать. Я люблю общение, но большую часть времени приходится проводить здесь, в сырых стенах. Вот и вынужден общаться - с кем судьба пошлет. Лишь одно печалит: узники - народ неразговорчивый, вот и приходится больше самому, самому... - Он замолчал, вновь обвел пристальным взглядом скрючившихся в цепях наемников, словно ожидая реакции, не дождавшись, продолжил, заметно погрустнев: - Что ж, вижу, вы не исключение, тогда приступим к работе. Меня зовут Винт. Если вам вдруг страстно захочется поговорить, или вы вспомните нечто очень важное и решите немедленно этим поделиться, обращайтесь ко мне. Мое имя обладает магическим эффектом, стоит его только произнести, как работа останавливается, и вы получаете внимательнейшего слушателя.
- А что за работа? - тупенько спросил Шестерня.
Казалось, Винт растает от умиления, настолько его лицо расплылось в улыбке.
- Это очень важный момент, и я рад, что у вас это вызывает неподдельный интерес. Я здесь для того, чтобы помочь узникам вспомнить кое-какие важные моменты жизни. Как ни странно, но, попадая сюда, у многих начисто отшибает память. Моя работа - излечить их от сего недуга. Каждый собеседник уникален, и приходится попотеть, прежде, чем удается подобрать ключик. Порой, процесс долог, зачастую утомителен, но, рано или поздно, я достигаю цели.