Ладонь отозвалась болью. Шершавая поверхность каната мгновенно содрала кожу, но Дерн выдержал. Сцепив зубы, дождался, пока ноги не уперлись в свернутый на конце узел, после чего, зажмурившись, разжал пальцы. Небо и земля поменялись местами, мир заполнило зеленое марево, лишь далеко, наверху, набирая скорость, стремительно уходит ладья, уводя за собой преследователей. Домыслить, как Маховик сможет избежать гибели, Дерн не успел, в голову с силой ударило, мир перед глазами смазался и мягко погрузился в черноту.
В уши проник далекий, едва слышимый писк, словно, где-то неподалеку вьются, трепеща прозрачными крыльями, стайка комариков-звонцов. Комарики подлетели ближе, писк усилился, щеку обожгло болью, затем еще и еще. Поморщившись, болотник отмахнулся, сгоняя обнаглевших комаров с лица. Рука наткнулась на твердое, рядом обиженно заверещало. Глубоко вздохнув, Дерн замедленно открыл глаза.
Вокруг приятный мягкий полумрак, корявые стволы деревьев подпирают небо, с ветвей свешиваются зеленоватые бороды мха, в проникающих сквозь кроны тонких лучиках солнца мельтешит мошкара, сбоку, закрывая обзор, нависло нечто бесформенное, огненно-рыжее. Дерн сфокусировал зрение, картинка обрела четкость - над головой, недовольно кривясь, застыл Шестерня, огненная борода встопорщилась, на лбу пламенеют свежие царапины, на щеке ярко-красная отметина, словно пещерник хорошенько приложился лицом о твердое.
Всмотревшись в лицо товарища, Дерн произнес хрипло:
- Эк тебя угораздило.
Осторожно ощупывая покрасневшую щеку, Шестерня буркнул:
- Да вот, щит потерял, так бы прикрылся.
Из лесного сумрака выплыло лицо Мычки, ухмыльнувшись, произнесло:
- С приземлением. Уж, с каким треском ты через ветви ломился, мы решили - убьешься.
Рядом возникла подземница, произнесла с нескрываемой радостью:
- Мы уж измучались - не могли тебя в чувство привести. Хорошо, Шестерня помог, вспомнил действенный метод.
Дерн ощупал щеки, горящие, как от прикосновения листьев язвы-травы, вопросительно уставился на пещерника. Тот ответил недовольным взглядом, сказал ворчливо:
- Знал бы, что притворяешься - у Золы бы посох попросил. Им - сподручнее.
Шевельнувшись, Дерн ощутил, как снизу жалобно хрустнуло. Нахмурившись, рывком сел, сбросив с плеч лямки, стянул котомку, бережно открыл, некоторое время смотрел внутрь, после чего закрыл, вздохнул тяжко.
- Радуйся, что живы остались, - произнес Зола, появившись из-за деревьев.
Шестерня кивнул, сказал одобрительно:
- Оно верно. Хоть и без зелий, а с целыми руками да ногами все веселее.
Казалось, всегдашнее спокойствие не изменило болотнику, но друзья заметили, как болезненно исказилось его лицо, когда бесполезная более котомка полетела в сторону. Пряча за маской сдержанности горечь утраты, знахарь без лекарств - ненужная обуза, Дерн поинтересовался:
- Что с Маховиком?
- Ушел, - скрипуче ответил Зола.
- И увел за собой врагов, - добавила Себия. - Будем надеяться, он уцелеет.
- Не сомневайся, - отозвался Шестерня, с подъемом, - уж кто-кто, а Маховик вывернется.
Уши Мычки дрогнули, он повернул голову, внимая чему-то неслышимому. Лицо вершинника затвердело, а брови сдвинулись к переносице, когда он произнес:
- Враги неподалеку.
- Подземники, сколько? - воскликнул Шестерня, вскакивая на ноги.
Мычка ответил замедленно:
- Кто - не знаю, сколько - тем более. Я слышу рев, но это не обычные лесные звери.
Себия встала рядом, поинтересовалась напряженно:
- Ящеры?
Вершинник сказал с затруднением:
- Возможно. Но звук отличается. Это не те, которых мы преследовали.
- Хочешь сказать, здесь живут еще какие-то бестии? - Зола выглядел озадаченно.
Дерн произнес негромко:
- Возможно, это тот самый сюрприз, о котором говорила Себия. - Мельком оглядев друзей, добавил: - Если все живы, здоровы, предлагаю выдвинуться, пока нас не опередили.
Спорить никто не стал. Оказаться в окружении врагов, что смогут, оставаясь невидимыми, бить из-за деревьев, было наихудшим развитием событий. Проверив, не осталось ли чего на земле, от ударов о ветви во время падения могло сорваться с креплений и незамеченным отлететь много чего, включая оружие, наемники двинулись в путь.
По обыкновению, первым пошел Мычка. Повадки охотника служили верно, и вершинник интуитивно находил кратчайшую дорогу, перепрыгивая скрытые ямы, обходя трухлявые, хотя и крепкие на вид, деревья, что, неловко задетые, могли легко рухнуть, причинив тяжелые ранения. Мычка шел, отыскивая ходы сквозь такой чудовищный бурелом, при взгляде, на который остальных бросало в оторопь - настолько непроходимой выглядела стена ощетинившихся сухих ветвей и острых сучьев.
Споткнувшись об очередной корень, словно по волшебству, возникший там, где только что была ровная поверхность, Шестерня возмущенно возопил:
- Что ж это за лес такой, где и шагу нельзя ступить, чтобы не запнуться о кочку, не врезаться в дерево и не оставить куски кожи на колючих кустарниках? И почему мы, до сих пор, не нашли подземников? Да они должны клочьями по ветвям болтаться после такого приземления.
- Какого? - полюбопытствовала Себия.
- Да они ж на своих ящерах в лес со всего маху нырнули! И куда делись? Растворились, да и только.
С силой рванувшись, корявые, словно пальцы покойника, ветви крепко вцепились в балахон, Зола бросил равнодушно:
- Да и мы, надо сказать, не особо ушиблись. К тому же, Мычка слышал рев...
- Гул в голове он слышал, - раздраженно бросил пещерник. - В этих гиблых местах любое существо больше белки застревает сразу и намертво, после чего, долго и мучительно умирает от голода.
- Предлагаешь обезопаситься? - усмехнулся Дерн.
- Давно пора! - бодрым голосом подтвердил Шестерня.
Себия округлила глаза, спросила неверяще:
- Ты что, вот прямо сейчас собрался жрать, здесь?
- Чем тебе место плохо? - Шестерня фыркнул. - Под ногами земля, вокруг деревья, сверху ветви. Если кто и захочет отобрать, так пока продерутся, мы уж и закончим.
Не откладывая в долгий ящик, пещерник перешел от слов к делу, стянув с плеча мешок, принялся развязывать тесьму. В этот момент, Мычка взмахнул рукой, призывая остановиться, но друзья, не заметив, топали дальше, и вершинник зло прошипел:
- Стоять!
Все разом замерли. Из-за деревьев донеслись негромкие голоса, перемежающиеся гулким рыком, и почти одновременно, в гнилостные запахи леса вплелась нотка гари. От злого высверка глаз товарища наемники виновато потупились, а когда вновь подняли головы, Мычка исчез. Потянулись томительные мгновения ожидания. Но Мычка вернулся на удивление быстро. Чуть слышно хрустнула ветка, после чего, вершинник выступил из-за дерева. Себия улыбнулась уголками губ, Мычка, наконец-то, перенял полезную привычку предупреждать о своем появлении загодя.
Перехватив выжидательные взоры спутников, Мычка произнес:
- Впереди небольшая поляна. Ближе к нашему краю, четверо подземников. С противоположной стороны, привязаны ящеры, сколько - не разглядел.
- Всего четверо? - удивился Зола. - А остальные?
- До ветру отошли, - хмыкнул Шестерня. - Чего не ясно.
- Вместе с пленными? - фыркнула Себия.
Глядя, как от напряженного размышления на лбу пещерника залегли глубокие морщины, Мычка осторожно произнес:
- Возможно, они устроили засаду. Четверо в качестве наживки, а остальные...
Себия тряхнула головой, так что грива волос с силой мотнулась, разбрасывая вокруг налипшие кусочки коры и паутины, сказала с нажимом:
- Я устала повторять, но, похоже, вы до сих пор не поняли, с кем имеете дело. Это не бандиты, волей случая собранные из голодранцев ближайших деревень, не отряд мародеров и даже, не представители регулярной армии. Это действующий по заданию гильдии рейд с четкими инструкциями и отличной подготовкой.