Я общался не с теми людьми. Я думал, что если буду говорить на «правильном языке», ходить по нужным вечеринкам, пить дорогой алкоголь, кивать в сторону нужных людей – это что-то значит. Это ничего не значило. Я просто прятался за масками. За понтами. За связями, которые не вели никуда. Я хотел быть кем-то. Но не был собой.
Лика... Я никогда ее не любил. Изменял, врал, и совесть меня не мучила. Потому что мы оба играли в одну игру: игру в престиж, в статус, в деньги. Она была таким же фальшивым человеком, как и я. Мы подходили друг другу.
А с тобой все иначе.Ты показала мне другой мир – мир, где важны искренность, простые радости, настоящие чувства.
В тот вечер, когда мы последний раз разговаривали, мой мир дал трещину. Нет, я не пытаюсь маскировать свой идиотский поступок под вселенскую трагедию. Просто всё, чем я жил последние годы, внезапно оказалось фейком. Я начал терять себя настоящего ещё давно, а благодаря тебе начал находить.
И вот сейчас, когда ты исчезла, когда между нами эта пропасть, я вдруг понял. Всё, что я считал ценным, оказалось фальшивкой. Пустышкой. Я всегда гнался за понтами. За этим проклятым креслом моего отца, которое я считал своим по праву. Не важно как оно мне достанется. Я думал, что если я сяду туда, я буду кем-то. А я был никем.
Я хочу жить в твоём мире. Не в этом. В твоём. Я не хочу быть тем, кем учил меня быть отец. Я не хочу мира, где всем правят деньги. Не хочу жить по законам джунглей, где каждый сам за себя, и ценность человека измеряется цифрами на банковском счёте.
Я не могу без тебя. Я тону. Не в воде. В себе. В этой боли, которая сидит где-то в груди и не даёт дышать. Я ловлю воздух, но он не тот. Он пустой. Как мои дни. Как мои мысли. Я просто сижу. И пишу тебе. Потому что это всё, что у меня осталось...
Я найду тебя, Марина. Знаю, что ты не хочешь меня видеть. Ты можешь спрятаться на другом конце света, можешь сменить имя, можешь вообще исчезнуть, я все равно найду тебя. Не потому, что я какой-то там крутой сталкер или у меня есть связи. А потому что нас связывает что-то большее. Что-то настоящее.
Ты – мой воздух. И я больше не хочу задыхаться. Я люблю тебя. Отчаянно. Люблю безрассудно.
И я больше не хочу жить в декорациях. Хочу настоящего. Хочу тебя.
Твой Марк. Без торговой марки».
Как-то так. Лихо и бессмысленно. То, чего хотел не сказал, зато сказал то, чего не хотел. Нажимаю кнопку «Отправить». Письмо улетает в неизвестность.Надеюсь ли я на ответ? Не знаю. Но точно знаю, что не сдамся. Я найду тебя, Марина.
Глава 38.
Моя жизнь превратилась в какой-то сюрреалистический перформанс. Я существую в режиме энергосбережения – минимум движений, минимум эмоций, минимум всего.
Смотрю на экран телефона тупым взглядом зомби. Ни одного нового сообщения. Марина не ответит. Ни сегодня, ни завтра. Это как игла, которую медленно проворачивают где-то под ребрами. Привыкнуть нельзя, но жить как-то надо.
Точнее, десятки уведомлений от всех этих бесполезных приложений, но ничего от нее. Двадцать шесть дней. Двадцать шесть,сука, дней абсолютного молчания, как будто меня никогда не существовало в ее жизни. Как будто все эти несколько месяцев были массовой галлюцинацией, которую пережил только я один.
Анабиоз… Самое точное описание моего нынешнего состояния. Я сплю, ем, иногда даже принимаю душ, но все это происходит в каком-то параллельном измерении, где я лишь наблюдатель за собственной жизнью. Смотрю на себя со стороны и думаю: «Да, чувак, ты официально в полной жопе».
Сейчас я углубился в «Квантовую теорию сознания» Пенроуза. Знаете, такая заумная хрень про микротрубочки в нейронах и квантовую когерентность. Типа наше сознание – это квантовый компьютер. Только вот эта квантовая теория сознания ни хрена не объясняет, почему так больно, когда любовь уходит, оставляя после себя пустоту размером с Вселенную.
Сегодня решаю «побаловать» себя обедом вне дома. Выбираю первый попавшийся ресторанчик. Это какая-то безликая сетевуха с претензией на оригинальность. Дизайнер явно пытался удариться в минимализм, но получилось как всегда: шрифт с засечками и блядские завитушки по углам. Официантка с лицом, на котором написано «убейте меня», приносит меню, пластиковое, в засаленной корочке. Рассеянно листаю страницы. Буквы складываются в слова, слова в названия блюд, но мозг отказывается это обрабатывать. Заказываю стейк «медиум», хотя знаю, что принесут либо резину, либо сочащееся кровью месиво. Средних температур в таких местах не бывает.