Мне на плечо легла тяжелая ладонь. Я косо глянул на неё, заметив гранатовый перстень и серебряное кольцо.
— Здравствуй, мой друг, — это отец. Я выпрямился, скрывая удивление на лице. Но он, видимо, распознал его и улыбнулся. — Неожиданно, правда? Хоть я здесь редкий гость, но место это славное, — он уселся рядом на стул и закурил.
— Вы занятой человек, — утвердительно проговорил я, а папа кивнул, зажимая зубами сигарету. Он порылся в кармане и извлёк карманные часы. Золотые и наверняка очень дорогие. Он открыл их и глянул на время. Золотая цепочка убегала внутрь пиджака.
— Так оно и есть, но что поделать. Всю нашу жизнь мы должны что-то делать, трудиться, иначе заляжем на дно. Человек добывал огонь, охотился, чтобы выжить, теперь наша жизнь слегка упростилась, но мы всё равно не сидим на месте, — он закрыл крышку часов и провёл большим пальцем по гравировке. Я удивился сильнее, увидев дерево, тонкой гравировкой нанесённое на блестящую поверхность. Чувствовалась рука умелого мастера, не иначе.
— Верно. Упростилась, — я подпёр голову кулаком, стараясь избавить от жуткой головной боли. Как это всё не вовремя.
— С тобой всё хорошо, Илья? — искренне поинтересовался отец, убирая во внутренний карман пиджака золотые часы. — Может, выйдем на улицу, прогуляемся? Здесь душновато.
Я согласился и следом зашагал за отцом. Портье пожелал нам хорошего дня, улыбаясь белозубой улыбкой на прощание.
— Может, я могу чем-то помочь? Что-то случилось?
— Всё очень трудно, — отозвался я, шагая по длинной улице. Мы шли нога в ногу, размеренно и не спеша. Воздух обдувал нас со всех сторон. — Я стараюсь справиться с не самыми лучшими моментами моей жизни. Отголосками прошлого, — сказал я, а потом пожалел. Не надо так сразу наседать на него, даже если он предлагает какую-то помощь и спрашивает.
— Как я тебя понимаю, — серьёзно произнёс мужчина, выкидывая окурок в ближайший мусорный бачок. На его лице не было наигранности или ещё чего-то, когда говорят люди, стараясь утешить. — Моё прошлое не блещет прекрасными воспоминаниями. Я был глупый и зелёный, поэтому натворил кучу дел. Зато пройдя через гору ошибок, нам открываются великие знания, — лёгкая улыбка скользнула на его лице. Он словно вспомнил что-то хорошее и прекрасное, но не поддался излишним эмоциям. — Хочешь знать мой секрет?
— С удовольствием выслушаю, — пробормотал я, внимая его словам.
— Всё, что мы хотим, легко достигается. Просто нам нужно переломить свои устарелые умозаключения, — закончил он, а я сделал вид, что понял его. На самом деле, я абсолютно ничего не понял из его слов. Они казались очередной выдержкой из мотивационной книги, что я слышал везде, где только мог.
— Ясно, но вряд ли это поможет мне.
— Поверь моему опыту, дорогой мой друг. Мне всегда казалось, что мои прошлые переживания будут преследовать меня всю мою жизнь. В этом мне подсобит мой близкий человек, который не терпел ошибок и при любом удобном случае припоминал мне их. Но всё сложилось наоборот, — он задумчиво посмотрел на небо. На его аристократичном лице залегла дума тревоги. Что-то явно его тревожило. — В каждом из нас есть скрытый потенциал, скрытые способности, о которых мы не предполагаем, — он остановился около моста и откинулся спиной на чугунное ограждение. Внизу темнели воды реки.
— Вы правы, — помолчал я, решаясь заговорить на другую, более важную тему. — Я увидел у вас на часах знак, — начал, словно мне было это не так интересно. Я глядел на воду, на её беспокойное течение, пока отец глянул на меня и пристально задержал глаза на мне.
— Гравировка на заказ. Утончённое мастерство. Такое умеют лишь несколько людей, — с долей хвастовства произнёс мужчина, положив руку на место, где лежали часы. Прямо на сердце.
— Просто я встречаю этот знак не в первый раз, — оглядываюсь на него, и мужчина суживает глаза, оглядывая меня с пристальным вниманием. Кажется, на долю секунды он стал во мне сомневаться.
— Неужели? Знаешь его значение? — подошёл он ближе, а я даже подумал, что если это действительно какое-то тайное общество, то сейчас отец запросто толкнёт меня за ограждение в реку. Бред, конечно, но развернуться и избегать встреч он мог бы.
— Досконально не изучал это, однако меня интересуют разного рода знаки и символика, — кашлянул я в кулак. Отец всё ещё смотрел на меня с подозрением. — Расскажите, почему дерево?