— Не в Австрию, конечно, мы еще ни одну границу не пересекли. Но выйти размяться, пообедать надо.
— А где мы? — Алеся с интересом смотрела в окно.
— Остров. Мы и Лугу проехали, и Псков.
— Вот… я все проспала.
— Не все. Нам еще ехать и ехать. Можно было бы и дальше спать, но вам поесть надо.
Дмитрий вышел из машины, открыл дверцу со стороны Алеси, протянул руку.
— Осторожно, тут ступенька высокая.
— Да, непривычно, — сказала она, опираясь на его руку. — Да все непривычно. Я и в машинах таких не езжу, и по ресторанам не хожу.
— Может, еще и не пойдем сюда, что там у них в меню. Хоть и "Строганофф", а придорожный.
Ресторан претендовал на VIP-класс.
Швейцар распахнул перед Алесей и Дмитрием дверь с затемненными стёклами. Соколов пропустил Алесю вперед, в кондиционированную прохладу ресторана.
Опасения его оправдались. В меню была и традиционная русская кухня, и кавказская, и корейская, а вот диетической не было. Метрдотель на ресепшене сокрушенно развел руками.
— Что, ваши повара не могут кашу сварить? — Дмитрий заговорил по обыкновению резко, как с подчиненным. Алеся сразу сжалась, как будто это она была виновата в неловкой ситуации. Метрдотель скользнул по ней взглядом, как по стене. Но Соколову отвечал заученно вежливо.
— Я провожу вас за столик и уточню на кухне, что можно сделать.
Ответ еще больше рассердил Дмитрия.
— Поторопитесь, мы ограничены во времени, — сказал он. — Идемте, Алеся Григорьевна.
Ресторан был оформлен в кичево-псевдокупеческом стиле: массивная мебель, скатерти, самовары, баранки-бублики. На стенах картины в багетных рамах — копии Кустодиева.
Алеся шла впереди, но уже два раза оглянулась на Дмитрия. Наверное, ей было бы спокойнее, если бы Соколов держал ее за руку.
Они сели за столик. Дмитрий достал из бумажника листок, сложенный вчетверо, развернул, передал метрдотелю.
— Вот список приемлемых блюд. Что-нибудь из этого. Хоть дамская комната у вас приличная? — все таким же недовольным тоном поинтересовался он. И совсем уже по другому Алесе: — Вам, наверное, надо себя в порядок привести?
Глаза ее испуганно раскрылись. Дмитрий понял — боится.
— Идемте, я провожу. Пока они тут разберутся с заказом.
Алеся молча кивнула.
Соколов ждал в холле. Алеси все не было. Он забеспокоился, не стало ли ей плохо. Достал трубку, закурил. Так и не вышло отказаться от табачной зависимости. Хотя полумера успокаивала. Теперь трубка у Соколова была электронной. Она полностью имитировала процесс. Даже "дым" имел привычный вишневый запах. А вреда вроде меньше. И окружающим настроение не портит.
Окно холла выходило на трассу. Ехать им еще и ехать до польской границы. Дмитрий взглянул на часы. По его расчетам, если останавливаться не больше, чем на полтора часа, то к ночи можно успеть в забронированный отель. Номер там одноместный, другого не было. А для визы необходимо указывать бронь. Алеся как услышала про все это — счет в банке, регистрацию и другие формальности для шенгена — начала отказываться и чуть не испортила все дело. Посольские насторожились. Хорошо, что, несмотря на страхи и нежелание впадать в зависимость, Алеся оказалась понятливой. И когда Соколов из-за спины представителя посольства сделал ей большие глаза, то сразу отработала назад, перевела все в шутку. Таким образом в Польше им предстояла романтическая ночь. После двенадцати часового марш-броска через три границы их ждал комфортабельный номер для молодоженов. Одноместный, но со смежными апартаментами. Спальня одна.
Что же она так долго? Дмитрий начал ходить вдоль окна. Меряя шагами холл, он думал, не позвать ли кого- нибудь из женского персонала посмотреть, что там с ней. Но вот дверь дамской комнаты открылась. Алеся показалась, живая и здоровая. Он шагнул ей навстречу, но вовремя остановился. А не то схватил бы ее за руки.
— С вами все в порядке, Алеся Григорьевна?
— Да-да… извините. Никак не получалось причесаться... Очень хочется помыть голову после дороги… А так ужасно растрепанная буду.
— Помыть голову?
Соколов удивился. Во-первых, он не находил ее волосы грязными, она была мило растрепана после сна в машине, ему даже нравилось. Сейчас непослушные пряди все равно выбивались из простой прически. Волосы Алеся забрала наверх от висков, на макушке закрепила заколкой, а сзади они свободно лежали пушистой копной.
Еще в первый раз, когда она вошла к нему в кабинет, Дмитрий подумал, какие красивые волосы. В больнице он пытался причесать ее. Трогал их. Густые, шелковистые и очень непослушные.