- Я не поеду.
Брейр, провожавший моего двойника и только что вернувшийся, на мгновение застыл на пороге своего кабинета. Затем всё же зашёл внутрь, очень осторожно прикрыл дверь - кажется, чтобы не хлопнуть, и вперил в меня мрачный взгляд:
- Объяснитесь. Анна.
Каждое слово как камень. Но я не дрогнула и послушно объяснилась:
- Я в убежище не поеду.
Общение было познавательным не только для магички, я успела расспросить её про убежище, осознать, что это полная изоляция от мира, что, скорее всего, будет равноценно потере компании. Чёрт его знает, сколько они будут ловить на живца моих предполагаемых убийц…
- Поедете, - сказал Брейр. - Это не обсуждается.
Я вздёрнула бровь, показывая, что слова Эрса мне недостаточно.
- Анна, - сказал он немного устало. - Не заставляйте меня заставлять вас.
Я фыркнула.
- Всё наоборот, господин королевский поверенный. Я заставляю вас проявить здравый смысл! Я должна во всём разобраться, а не сидеть в убежище, пока у меня отнимают всё!
- Вам идёт форма, - сказал Эрс достаточно мягко, но тон не помог сгладить смысл слов: - Но она не делает вас полицейским, Анна. Посмотрите, это список ваших потенциальных наследников. Мы никого не упустили?
Я взяла лист из рук Брейра, пробежала глазами и горестно вздохнула - если раньше органы правопорядка не знали обо мне почти ничего и особо не интересовались, то теперь, благодаря королевскому поверенному - понятно же, что “благодаря” тут совершенно не про реальную благодарность, да? - знали слишком многое. Кто бы ни составлял этот список, а я подозреваю, что это был Лекс Ирм, кажется, почерк похож, он учёл всех родственников, о которых мне было известно, и даже не забыл про иждивенцев. Есть такой пункт в нашем законодательстве, что те, кто был на содержании у наследодателя, получают наследство наравне с родственниками, если нет завещания. Хорошо ещё, что приюты целиком не вписали - финансирование шло от компании, не лично от меня.
- У вас есть предпочтения, с кого нам начать?
Я смерила королевского поверенного мрачным взглядом.
- Никаких, господин королевский поверенный. Но если бы у меня было время подумать, возможно, к завтра я бы определилась.
Конечно, у меня уже был план. И он точно состоял не в том, чтобы торчать в убежище, пока Брейр знакомится с моими родственниками, а некто отбирает мою компанию.
- Вряд ли я смогу навестить вас завтра в убежище, - сказал Брейр. И даже улыбнулся, негодяй. Я-то знаю, что в убежище не навещают никого. Туда отправляют порталом и даже портальщик не знает, кого и куда он отправляет.
- Конечно, ведь я туда не поеду, - согласилась я.
- Анна. Потом вы обязательно меня простите, - сказал Брейр. Кажется, он убеждал в этом больше самого себя - и напрасно!, но сообщить ему об этом я не успела: кто-то словно выключил свет и моё сознание, а когда я снова включилась, Брейра рядом не было, и обстановка была совсем другая.
Шикарная, кстати, обстановка. Если у нас так оборудованы все убежища, то я как налогоплательщик возмущена. Не требуются человеку, который трясётся за свою жизнь, комнаты площадью сто квадратных метров, а то и больше, с бассейном, резными колоннами и прочей ерундой. Я ещё допускаю такое оформление в королевском дворце - всё же надо соответствовать, но вот в каких-то там разбросанных по стране убежищах… Или же Брейр отправил меня не совсем в рядовое “убежище”...
Я обнаружила себя на небольшом диванчике, который радовал взгляд затейливыми подлокотниками, орнаментом на спинке, и был расположен в кабинете настолько большом, что его, видимо, использовали и как гостиную.
Чувствовала я себя совершенно нормально, словно и не было ничего, как будто бы я моргнула всего мгновение назад и за это мгновение перенеслась из кабинета Брейра в эти хоромы… Честное слово, даже в моём столичном доме, да и в поместе Эрса и то было скромнее. Но солнце, клонившееся к закату, однозначно говорило о том, что прошло несколько часов.
Разумеется, я попробовала выйти. И разумеется, у меня не получилось. Из комнаты в комнату я проходила свободно, а вот входная дверь и не подумала открываться. И хотя помаявшись в попытках вскрыть замок, я вдруг обнаружила на столе ключ, который замок легко открыл, дверь всё равно не шелохнулась. Вероятно, помимо обычного замка, была наложена ещё и магическая защита. Рядом с ключом стояла коробка с пирожными из самой пафосной - но, положа руку на сердце, надо признать, что хорошей - кондитерской, лежала стопка чистой бумаги и всё. Никакой покаянной записки от Брейра. Она бы его, конечно, не спасла. Но я отчего-то ожидала её обнаружить…
Окно, кстати, открывалось и я с любопытством изучила пышный зелёный сад и выяснила, что нахожусь на втором этаже, который из-за аномальной высоты первого этажа больше похож на третий-четвёртый в обычных, не самых простых, между прочим, домах… А вот высунуть руку или высунуться самой из окна не получилось - невидимая завеса мягко, но надёжно останавливала.